– Так вы надумали отправиться туда? – спросил он.

– Отправиться? Ну, конечно.

– А почему бы вам не написать ей? Вы таки попали в переплет, сержант. И когда вы вернетесь, то знайте – все ваши штучки выплывут наружу, а ведь они не больно-то приглядные. Ей-богу, будь я на вашем месте, я так и остался бы одиноким парнем по имени Фрэнсис. Хорошая жена – дело неплохое, но лучше не иметь никакой жены, чем иметь самую лучшую. Так я полагаю, а про меня недаром говорят, что я малый с головой.

– Ерунда! – огрызнулся Трой. – У нее куча денег, и дом, и ферма, и лошади, и всякие там удобства, а я перебиваюсь с хлеба на воду – злополучный искатель приключений! Да и о чем тут толковать! Теперь уж поздно, и я этому рад. Сегодня днем меня видели и узнали. Я вернулся бы к ней на другой же день после ярмарки, если бы вы не запугивали меня законом и не давали дурацких советов насчет развода. Но я не стану больше откладывать. И дернуло же меня удрать от нее, черт подери! Идиотская сентиментальность – вот оно что! Но кто бы мог думать, что она захочет поскорей переменить фамилию!

– А я бы сразу смекнул. Этакая скверная женщина на все способна.

– Да кто вы такой, чтобы судить о ней, Пенниуэйс!

– Ладно, вот что я вам доложу, сержант: на вашем месте я опять махнул бы за границу, туда, откуда вы приехали, – уезжайте-ка, покуда еще не поздно! Не стал бы я поднимать бучу да нарываться на оскорбления ради удовольствия жить с ней, ведь наверняка все узнают, что вы играли в балагане, хоть вы и надеетесь, что все сохранится в тайне. Бьюсь об заклад, поднимется переполох, ежели вы нагрянете в самый разгар болдвудского праздника.

– Хм, пожалуй, да. Уж конечно, он не слишком-то мне обрадуется, если она сейчас с ним, – сказал сержант с легким смешком. – Я окажусь в роли Алонсо Смелого[44]Алонсо Смелый – герой баллады «Алонсо Смелый и Прекрасная Иможена» английского писателя Мэтью Грегори Льюиса (1775–1818), одного из представителей так называемого «романа ужасов», автора нашумевшего в свое время романа «Монах».. Когда я войду, гости оцепенеют от страха, смолкнет смех, замрет веселье, комната осветится зловещим огнем, и черви… Брр! Какой ужас! Пенниуэйс, позвоните, чтобы принесли еще бренди, меня вдруг затрясло, да еще как! Да, чего еще не хватает? Трости! Мне нужна трость!

Пенниуэйс оказался в затруднительном положении: Батшеба и Трой могли помириться, и не мешало обеспечить себе поддержку мужа, чтобы повыситься в глазах жены.

– Иной раз мне сдается, что она все еще любит вас, и все ж таки у нее доброе сердце, – сказал он, пытаясь выкрутиться. – Ей-ей, трудно судить по наружности. Понятно, вы сделаете по-своему и пойдете туда, сержант, ну а я готов сделать все, что вы скажете.