Между тем теперь глас в Раме слышен, плач и рыдания и вопли: это Рахиль, погребенная близ Вифлеема (Быт 35:16–20; [505 ] Суд 4:5; [506 ] 1 Цар 10:2 [507 ]), оплакивает чад своих из царства Иудина, отведенных и отводимых в плен, и не может найти утешения (31:15 [508 ]). Ho Господь. говорит ей: удержи глас твой от рыдания и очи твои от слез потому что сии оплакиваемые дети возвратятся из земли неприятельской (31:16–17). Вот и Ефрем (царство Израильское) в слезах принес раскаяние, и ему даст Господь вкусить благополучие на своей земле. Ибо наступит время, когда Он завещает дому Израилеву и дому Иудину новый завет, вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его; тогда вся земля исполнится Боговедения и владения града Господа или Церкви Божией восстановятся в прежних пределах (31:18–40 [509 ]).
В этой тринадцатой пророческой речи Иеремии кроме краткого повторения вышеозначенного обетования о восстановлении Давида на престоле Иерусалимском (Иер 30:9; [510 ] ср. Иер 23:5–6; [511 ] 33:15–16 [512 ]) содержатся два пророчества о временах Мессии. Первое об избиении Вифлеемских младенцев (Иер 31:15 [513 ]) указано Евангелистом Матфеем (Мф 2:17–18; [514 ] и принадлежит к числу типико-пророческих мест Писания. Пророк Иеремия говорит ближайшим образом о народе Иудейском, т. е. что освобождение или искупление это народа из плена несомненно, что Иудеи возрадуются и восторжествуют на Сионе под скипетром нового Давида или Мессии, хотя теперь во всем царстве из конца в конец раздаются вопли об увлекаемых в плен. Эти вопли от гроба Рахили, погребенной в Вифлееме, слышны в Раме, по северную сторону Иерусалима: тут оплакивается опустошение царства Иудейского, окончательное и вечное, по намерениям Вавилонян и по взгляду неверующих Иудеев, но кратковременное по домостроительству небесному. В этой пророческой расстановке событий Евангелист усматривает прообразовательное пророчество о том необыкновенном происшествии, что и возвращению человеческого рода в царство Мессии предшествовали ужасные вопли родителей в Вифлеемских пределах об истреблении там двух поколений детей, которое, по мнению Ирода и его клевретов, пресекало пути к пришествию Мессии, а на самом деле только прикрыло Его от коварства и злобы врагов.
Второе пророчество об утверждении и качествах Нового Завета (Иер 31:31–34 [515 ]) указано Апостолом Павлом (Евр 8:6–11; 10:15–18 [516 ]). В словах пророка Иеремии Апостол указывает три следующих положения:
1) обетование Нового Завета необходимо предполагает недостаточность Ветхого: если бы первый завет был без недостатка, то не было нужды искать места второму (Евр 8:7 [517 ]);
2) с наступлением нового старое и ветхое выходит или исключается из употребления: ветшающее и стареющее близко к уничтожению (Евр 8:13 [518 ]); — и
3) Новый Завет имеет большия совершенства или лучшия обетования: лучшего завета Он есть ходатай, который утвержден на лучших обетованиях (Евр 8:6); а сии совершенства, как видно из самого пророчества, суть окончательное прощение или забвение грехов; распространение или всеобщность Боговедения и так названное у пророка вложение законов в мысли и написание оных на сердцах, т. е. возрождение человека по уму и по сердцу.
Четырнадцатая пророческая речь излагается в тридцать второй и тридцать третьей главах; соединена с символическим действием и произнесена в десятый год царствования Седекии, во время осады Иерусалима Вавилонянами, когда Иеремия по царскому повелению заключен был в темницу за свои пророчества (32:1–5 [519 ]). По наставлению Божию Иеремия покупает поле у своего двоюродного брата (Лев. 25:25 [520 ]); совершает на это надлежащую купчую крепость при свидетелях и передает эту последнюю Варуху для хранения в безопасном месте (32:6–15 [521 ]); потом в молитве вопрошает Бога: зачем ему покупать поле, когда Иудея отдана Вавилонянам (32:16–25 [522 ])? На это получает ответ, что Иудеи возвратятся из плена и попрежнему будут владеть принадлежащими и законноприобретенными участками земли (32:26–44 [523 ]). Потом Господь вторично объявляет пророку, что и дома Иерусалимские, разобранные ныне на сооружение городских стен, снова будут построены; — что по уврачевании от грехов снова водворятся в Иерусалиме благополучие и веселие; — и что там произрастет от Давида отрасль правды, т. е. обетованный Мессия. Как неизменно преемство дня и ночи: так неизменны милости Божии к потомству Авраама, Исаака и Иакова (33:1–26 [524 ]).
Пятнадцатая пророческая речь содержится в тридцать четвертой главе и изображает участь Седекии и Иерусалима, произнесена при нашествии Навуходоносора (4 Цар 25:1 [525 ]) и состоит из двух частей.
В первой части пророк при начале осады объявил царю Седекии, что Иерусалим будет отдан Навуходоносору — что сам Седекия не спасется от руки его; впрочем умрет не от меча и удостоится почетного погребения (34:1–7 [526 ]).
Во второй части, произнесенной немного спустя после первой, когда Нахуходоносор отступил от Иерусалима и пошел на встречу Египтянам, пророк объявляет иудеям предание мечу, моровой язве и голоду за то, что, при начале осады объявив отпущение рабов на волю, они снова стали порабощать их, когда увидели отступление Навуходоносора, надеясь, что Египетское войско одержит победу над Вавилонянами (34:8–22; [527 ] ср. Иер 36:5–8 [528 ]).