Восьмую пророческую речь составляют откровения воли Божией, изложенные с двадцать первой по двадцать четвертую главу и произнесенные по тому случаю, что перед нашествием Навуходоносора царь Седекия послал к Иеремии вопросить Бога: может быть, Господь сотворит с нами что-либо такое, как все чудеса Его (21:1–2)? Дав через посланных ответ, что царь и народ достанутся в руки Навуходоносора, что благоразумнее добровольно отдаться ему, нежели ожидать осады, и что единственное средство к облегчению участи города заключается в нравственном исправлении народа (21:1–14 [473 ]), пророк сам идет во дворец царский и там в довольно пространной речи убеждает всех начальников народа творить суд и правду; обличает господствующие злоупотребления и беззакония и возвещает предстоящий плен (22:1–30 [474 ]); в частности пастырям и вождям за расточение овец паствы возвещает особенно строгое наказание (23:1–2 [475 ]); народу, по неведению согрешившему и имеющему покаяться, — возвращение в отчизну и дарование Пастыря из дома Давидова (23:3–8 [476 ]); а лжепророкам и кощунствовавшим над пророческими откровениями — безвозвратную погибель (23:9–40 [477 ]).
Наконец, под образом двух корзин с разными смоквами, поставленными пред храмом Господним, объявляет, что отведенные в плен вместе с Иехонией и оплакиваемые всеми гораздо счастливее оставшихся в Иерусалиме с Седекией; потому что первые уже одумались и сделались способными к исправлению, тогда как последние упорствуют и за то подвергнутся не переселению, а рассеянию между народами (24:1–10 [478 ]).
В этой речи содержится пророчество об Иисусе Христе: вот наступают дни, глаголет Господь, и восставлю Давиду Отрасль праведную (отрасль, потомка) и царствовать будет Царь… и будет производить суд и правду на земле (Иер 23:5–6). Оно почти с буквальною точностию повторено Иер 33:15–16, [479 ] а сокращенно Иер 30:8–10. [480 ] Ветхозаветная Церковь понимала эти места о Мессии, как можно видеть из Халдейского парафраза, в коем сл о ва: восставлю Давиду Восток праведный переведены так: «восставлю Давиду Мессию праведных». Подтверждением этого служат как все места Нового Завета, где Христос называется сыном или потомком Давидовым (Лк 1:68–70; [481 ] Мф 22:42; [482 ] 21:9, Лк 18:38 [483 ] и проч.), так и всеобщая уверенность Иудеев первого века в том, что Мессия родится из Давидова потомства (Мф 12:23; [484 ] 15:22; [485 ] 21:9 и проч.), бывшая причиною того, что император Домициан повелел умертвить всех потомков Давида, между прочими и Симеона, сродника Господня, второго епископа Иерусалимского.
Девятая пророческая речь произнесена на вся люди Иудины в четвертый год царствования Иоакима и изложена в двадцать пятой главе. Здесь Иеремия напоминает Иудеям, что уже двадцать третий год он неутомимо проповедует; равно и другие посланные Богом пророки (напр. Софония, Аввакум, Иезекииль, современники Иеремии) требуют, чтоб Иудеи отвратились оть пути своего злого или лукаваго; но сии последние не слушают увещаний и продолжают навлекать на себя гнев небесный (25:1–7). За сие упорство, согласно с предшествовавшими предостерегательными предсказаниями, Господь отдает Иудеев в рабство царю Вавилонскому на семьдесят лет (25:8–14). Это пленение распространится на Египтян, Аравитян, на царей земли Уц (Иов. 1:1), на Филистимлян, Идумеев, Моавитян, Аммонитян, Еламитян и на всех царей восточных ближних и дальних; а царь Сесах или царь Вавилонский после всех упьется из чаши гнева Божия, так что всякая неправда на земле понесет соответственное наказание (25:14–38).
Десятая пророческая речь изложена в двадцать шестой главе и произнесена в начале царствования Иоакима, следовательно, ранее предыдущей. По повелению Божию пророк с сего времени стал неумолкая внушать народу, приходящему в храм, что если Иудеи не станут исполнять закона и не будут послушны наставлениям пророков: то храм Иерусалимский будет как Силом, запустевший после взятия ковчега Филистимлянами (1 Цар 4:1–22 [486 ]). Тогда жрецы и лжепророки схватили Иеремию и потребовали ему смертной казни. Но старейшины и князья народа при рассмотрении этого дела обратили внимание на подобное по содержанию пророчество Михея, произнесенное во времена благочестивого Езекии (Мих 3:12 [487 ]). Поскольку Езекия не казнил пророка Михея, говорили старейшины, но по его слову принес покаяние, то и на Иеремию нельзя произнести смертного приговора: потому что он говорит также во имя Божие (26:1–19 [488 ]). Но этот приговор проистек не от личного беспристрастия и правосудия судей; ибо Урия, сын Самеов, из Кариафиарима, пророчествовавший теми же словами как Иеремия, не мог спастись от мщения даже бегством в Египет; следовательно покровительство старейшин народа, оказанное в сем случае Иеремии, не было простым делом человеческим (26:20–24 [489 ] ср. Иер 15:20–21 [490 ]).
Одиннадцатая пророческая речь с сопровождавшими ее обстоятельствами излагается в двадцать седьмой и двадцать восьмой главах. По означению в первом стихе она произнесена в начале царствования Иоакима; но далее в третьем и двенадцатом стихе она относится ко временам Седекии; следовательно, она была повторена (Иер 27:12 [491 ]), а может быть Седекия имел еще другое имя — Иоакима. По случаю прибытия послов от царей Идумейского, Моавитского, Аммонитского, Тирского и Сидонского, вероятно, склонявших Седекию к союзу против Навуходоносора, Иеремия возложил себе на шею узы и ярмо и отправил по экземпляру таковых же к вышеозначенным царям с объявлением определения небесного, что все народы отданы в рабство царю Вавилонскому, сыну его и сыну сына его, доколе не придет время отомщения и его земле его и ему самому (27:1–7); — что народы, не покоряющиеся царю Вавилонскому, истреблю их рукою его, т. е. будут совершенно истреблены; — что не следует слушать лжепророков, говорящих: не послужите царю Вавилонскому (27:8–11 [492 ]). С целью удержать от предлагаемого пагубного союза эта речь была особо повторена Седекии (27:12 [493 ]) с изъяснением, что не следует внимать лжепророкам, предсказывающим победу союзникам а лучше добровольно покориться царю Вавилонскому; иначе и остальные сосуды и сокровища храма непременно отнесены будут в Вавилон (27:13–22 [494 ]).
Но начальники и народ предпочитали внимать лжепророкам, ворожившим счастье и славу отечеству. Ободряемые общим вниманием, лжепророки сделались самоуверенны и дерзки. Так, в четвертый год Седекии, Анания, лживый пророк Гаваонитский, всенародно в храме предсказывал возвращение всех пленников Иудейских, уведенных в первые три переселения (28:1–4 [495 ]). Иеремия скромно останавливал его и старался образумить (28:5–9 [496 ]); но Анания оказался тут столь самоуверенным и дерзким, что сдернул клады с шеи пророка Иеремии, которые он носил в знак предстоящего рабства, и разбил их о помост храма, сказав: так сокрушу ярмо Навуходоносора, царя Вавилонского, через два года, сняв его с выи всех народов (28:10–11). Тогда Иеремия, по повелению Божию, вновь устроил себе клады и при том железные в знамение более тяжелого рабства, предстоявшего Иудее; Ананию же обличил в самозванстве и возвестил ему скорую смерть, которая и постигла сего лжепророка в седьмом месяце того же года (28:12–17 [497 ]).
Двенадцатую пророческую речь составляет послание к пленникам, отведенным в Вавилон с Иехониею. Послание отправлено с послами царя Седекии к царю Вавилонскому (29:1–3 [498 ]). В сем послании пророк убеждает пленников покориться своей судьбе, обзаводиться в Вавилоне хозяйством, жить там мирно до истечения седмидесяти лет, молиться о мире тех городов, в которых они поселены; а не слушать лжепророков Ахиева и Седекию, обещающих скорое освобождение и возвращение на родину, которых за то сжег царь Вавилонский (29:4–23 [499 ]). Получив такое послание, Шемаия Нехеламитянин (Семей Еламитянин) просил Иерусалимского Первосвященника воспретить Иеремии пророчествовать; за это Иеремия возвещает Шемаии прекращение потомства, ибо он говорил вопреки Господу (29:24–32 [500 ]).
Тринадцатая пророческая речь излагается в тридцатой и тридцать первой главах; время произнесения ее не обозначено; впрочем из содержания ее можно заключать, что эта речь произнесена во времена Седекии, когда царство Иудейское за три предшествовавших переселения лишилось лучших своих граждан, и совершенно подчинилось языческим политике и нравам и как будто лишилось Божиих обетований — по крайней мере оно не обращало на них внимания, будучи совершенно подавлено заботами о своих международных отношениях.
Господь повелел Иеремии вписать в книгу все прежде бывшие откровения — поскольку Израиль и Иуда возвратятся в землю отцов (30:1–3 [501 ]), следовательно они должны будут руководствоваться ими. А эти откровения состоят в следующем: после великих бедствий, служащих исправительными мерами, Господь свергнет иноземное иго и возвратит Израильтян и Иудеев в отечество; там восставит им Давида царя, т. е. обетованного Мессию, под властию Коего они будут жить мирно (30:4–11 [502 ]). Конечно, рана твоя неисцельна, язва твоя жестока, т. е. и в нравственном и в политическом отношении евреи крайне расстроены; но Господь Сам исцелит эту язву; возвратит Иудеям и Израильтянам их прежнее благополучие по истреблении беззаконников из среды их (30:12–24 [503 ]) и по прежнему будет их Богом, Защитником и Спасителем (31:1–14 [504 ]).