Его жена только что кончила обедать. Чисто обглоданная кость от свиной котлеты лежала перед ней на тарелке; небольшая миска, в которой был рисовый пудинг, стояла пустая; и всё, что осталось от обеда, — это лишь немного сыра и кусок чёрствого хлеба. Лицо мистера Геншо вытянулось, но он подсел к столу и стал ждать.
Жена посмотрела на него пристально и презрительно. Лицо у неё раскраснелось, глаза горели. Трудно было игнорировать этот взгляд, ещё труднее — посмотреть ей прямо в глаза. Мистер Геншо, избрав средний курс, медленно окинул взглядом комнату, на минуту задержавшись на сердитом лице жены.
— А ты рано сегодня пообедала, — сказал он, наконец, дрожащим голосом.
— Да, ты так думаешь? — последовал надменный ответ.
Мистер Геншо поспешил найти успокоительное объяснение.
— Наши часы вперёд, — сказал он, переводя стрелку.
Жена спокойно стала убирать посуду.
— А как… как насчёт того, чтобы пообедать? — спросил мистер Геншо, всё ещё не давая воли своим опасениям.
— А как… как насчёт того, чтобы пообедать? — спросил мистер Геншо.