Лошади у них так малы, что почти невероятно, как могут они выполнять столько работ: они употребляются и на войне за границей, и дома для обработки полей. Землю взрывают они не железом, а деревом, и это тем более удивительно, что земля их жесткая, а не песчаная, и на ней никогда не вырастает сосны. Собираясь пахать, они обычно несут с собою очень много поленьев, которыми роют землю и пользуются в качестве сошника, разумеется для того, чтобы, если сломается одно, иметь наготове еще и еще и таким образом работать без промедления.
Один из начальников области, желая облегчить жителей от слишком тяжелого труда, велел доставить большое количество железных сошников. Но когда и в тот год и в несколько следующих жатва, по причине каких-то неблагоприятных действий климата, не соответствовала ожиданию земледельцев, то простой народ стал приписывать бесплодие своих полей железному сошнику и не признавал никакой другой причины. Тогда начальник, боясь возмущения, удалил железо и предоставил им обрабатывать поля на свой лад. Эта область изобилует рощами и лесами…
ЛИВОНИЯ
…Область Ливония тянется в длину по берегу моря. Столица ее Рига, в которой начальствует магистр Тевтонского ордена. Кроме Рижского архиепископа, в этой области есть епископы Ревельский и Эзельский. В Ливонии большое множество городков, особенно замечателен между ними город Рига на реке Двине, недалеко от устья, а также города Ревель и Дерпт. Русские называют Ревель Колыванью, а Дерпт — Юрьевым городом. Рига же удерживает свое название на том и другом языке. Из тамошних рек судоходны Рубон и Нарва. Князь этой области, орденские братья, главные из которых именуются командорами, а также вельможи и граждане — почти все германцы. Простой народ говорит обычно на трех языках и, сообразно с этим, разделяется на три отдела, или трибы. Из германских княжеств: Юлихского, Гельдернского и Министерского ежегодно вывозятся в Ливонию новые служители и воины, часть которых заступает место умерших, а другие заменяют тех, которые отбыли годовую службу и возвращаются на родину, словно отпущенные на свободу. Они особенно изобилуют хорошими и крепкими лошадьми, благодаря чему доселе могли храбро выдерживать неоднократные вражеские вторжения в их земли как короля польского, так и великого князя московского, и доблестно от них оборонялись.
97. ИЗ «УСТАВЫ НА ВОЛОКИ», ДАННОЙ ВЕЛИКИМ КНЯЗЕМ ЛИТОВСКИМ
СИГИЗМУНДОМ-АВГУСТОМ (1557 г.)
«Русская историческая библиотека», т. XXX, Литовская метрика, ч. III, стр. 554–557.
(Артыкул) 19. Робота подданным через войта[117] маеть быти заказна дня неделного 2, чым и на который день волость до роботы прыйти мают; а войт того ж дня людем закажеть работу, и который человек не выйдет на работу, ино за первый день огурного 3 заплатить грош, а за дру'гий день барана, а коли и търетий раз огурыть ся або за пьянством не выйдеть, ино бичом на лавъце скарати 4, а дни повинные заробити; а ведже, где бы з якое прыгоды не мог подданный выйти на роботу, он маеть через суседа альбо лавъника 5 враду оповедати, а врад, порозумевъшы слушъной прычыне, не маеть его никоторою с тых виною казнити, а инъшого дня заробити повинъное, што змешъкал, а не отъкупати ся от роботы никому. Пустых волок подданным не пахати; а который, не вписавъшы ся в рейстр, смееть то вчынити, збожье до гумна нашого тратить и вины рубль грошей до скарбу нашого заплатить. А становити ся ку работе подданым, як слонце 6 всходить, а зыйти, як заходить а отъпочывъку 7 тым, што з быдълом 8 робять, перед обедом година 9, в полудню година, над вечором година; а которие пешо робят, тым отъпочывку и в тые часы, одно по полгодины маеть быти; а то лете на великом дни отъпочынен(ь)е; а хто рано на работу не выйдеть за огурством, таковый другого дня только часу, як омешкал, заробити маеть.
(Артыкул) 20. Фолварки 10 хочем мети, абы везде становены, яко наболши быти могут, пры каждых замъкох и дъворех нашых, окром где бы крунъты злые и непожиточъные 11 были, — таковые казати людьми осажати, зоставивъшы на върад 12 в кожъдом поли по одъной волоце 13, а врад огородники и своим быдлом заробити маеть, а к тому моркг 14 земъли на огород, с чого личъбы чынити 15 и платити не повинен. Урал наш гумъно в пильной опатрности 16 мети маеть, яко бы в нем ни в чем шкоды нам не было, а збож(ъ)я, ужат(ь)я, всякого маеть мети на себе третий сноп, отъдавъшы первей десетину и засеявъшы пашъню нашу; а умолоты всякого збожья ревизорове 17 наши — у во всих гумънах пры дворех наших пробовати мають, и того догъледати и научыти, або везде з выбоем и без опилку збожья молочоны были. А продаванья збож(ъ)я гуменного маеть быти на личъбе прынято, по чому врадник положыть, яко продавал; для того и дъля всех подданных мают быти бочъки в местех торговые, в дворех и гумънах нашых, в селах и на въсих гостинцах одънакое меры, по чотыры корцы Краковъских, которых корцов на тот час десеть вполубочъку Виленъском; и тою ж мерою продавати и засевати пашъню з гумъна и под клеймом однаким такие бочки держати. А в гумънех нашых маеть быти гуменник, подданый наш, в той жо волости оселый чоловек добрый, справный, не по-дозраный, который на тую служъбу гуменъную маеть мети волоку, от цыншов 18 и въсяких иных платов, робот и повинностей вольную. А около засеван(ъ)я пашъни урад маеть пильность чынити, абы вси засеваны; и гъде бы который за недбалостью не засеял альбо теж пашъню кому наймовал, а то бы ся слушне перед ревизором оказало, таковый маеть дати с кожъдого моргу незасеяного або кому нанятого по десяти коп збож(ъ)я, о чом с пильностью ревизорозе мають ся доведывати от войтовъ лавъников и инъшых подданых наших; ведже, где бы в котором году невърожай был, а так много, чым бы пашъню засеял, не нажал, маеть ото по науку послати до поскарбего 19 нашего за часу, а подскарбий маеть ему казати старым збож(ъ)ем засевати: а гъде бы не было, за п(е)н(е)зи цыншовые куповати альбо з ыншого двора прыбавляти, абы ся тым николи пашъни нашы не зменъшывали; а з гумъна нашого жыта в отсоп не давати, одно лет голодъных, и то алиж з нашым альбо подскарбего нашого листом; а дати то на волю подданых, усхотят ли у копах альбо молочоным жытом брати. Евъи теж, где бы врад розумял непотребные, маеть з гумна нашого выкинути, кгды ж на быдло и на стадо солома от збожья не з евъи молочного пожыточнейшая есть; а гъде бы въимети потреба, там оподаль стодол и стирт у гумънех нашых и подданных для небезпечъности от огня мають быти вделаны. А на заробенье пашъни на кожъдую волоку абы было оставлено по семи волок оселых подданых нашых з волы и с клячами, побълизу двора и пашъни, которые по два дня в тый день служыти мають, с чим урад роскаже(т).