Рострига возрастом мал, груди широкы имея, мышцы толсты, лице же имея не царсково достояния, препростое обличив имея, и все тело его велми помраченно. Остроумен же, паче и в научении книжном доволен, дерзостен и многоречив зело, конское рыстание любляше велми, на враги своя ополчитель смел, храбрость и силу имея, воинство же любяше. Таков бо Рострига.
Царь Василий возрастом мал, образом же нелеп 5, очи подслепы имея, книжному почитанию доволен и в рассуждении ума зело силен, скуп велми и неподатлив; ко единым же тем тщание имея, которые во уши ему ложное на люди шептаху, он же сих веселым лицем восприимае, и в сладость их послушати желаше, и к волхвованию прилежаше, а о воех своих не радяше.
Глава XIII
КРЕСТЬЯНСКАЯ ВОЙНА НАЧАЛА XVII ВЕКА И ПОЛЬСКО-ШВЕДСКАЯ ИНТЕРВЕНЦИЯ
123. АВРААМИЙ ПАЛИЦЫН. «СКАЗАНИЕ»
Авраамий Палицын — келарь Троице-Сергиева монастыря (келярь заведывал имуществом монастыря), очевидец событий крестьянской войны начала XVII в. А. Палицын — автор «Сказания», в котором он защищает интересы крепостников.
«Русская историческая библиотека», т. XIII, стр. 479–483.
О НАЧАЛЕ БЕДЫ ВО ВСЕЙ РОССИИ
И яко сих ради Никитичев Юрьевых[141] вскоре, тогожде лета 7111 (1602–1603), и за всего мира безумное молчание, еже о истинне к царю не смеюще глаголати о неповинных погибели, омрачи господь небо облаки, и толико дождь пролися, яко вси человецы во ужасть впадоша. И преста всяко дело земли, и всяко семя сеянное, возрастши, разседеся от безмерных вод, лиемых от воздуха, и не обвея ветр травы земныя за десять седмиц дней, и прежде простертая серпа поби мраз сильный всяк труд дел человеческих в полех и в виноградех 2, и яко от огня поядена бысть вся земля. Году же сему прешедшу, ох, ох! горе, горе! всякому естеству воскличющу, и во вторый злейши бысть, такожде и в третье лета…
По отцех же богоносных речению, мнози тогда ко второму идолослужению обратишася 3 и вси имущей сребро и злато и сосуды и одежда отдаяху за закупы, и собираху в житница своя вся семена всякаго жита, и прибытков восприемаху десятирицею и вящши. И во всех градех во всей России и велико торжество сребролюбное к бесом бываше! Мнози бы имущей к разделению к братии не прекланяхуся, но зряще по стогнам града царьствующего от глада умерших, и ни во что же вменяху. И не толико бревн и дров на возилех, яко же мертвых нагих телес всегда влечаще по всему граду, и за два лета и четыре месяца счисляюше по повелению цареву, и погребоша в трех скуделницах сто тысящ и двадесят и седм, и еще к сим во единой Москве…