Праздник рождества святого великого Ивана почитать и праздновать старостам купеческим и купцам; брать старостам купеческим и купцам из веса воскового по двадцати пяти гривен серебра на всякий праздник святого Ивана навсегда. Старостам купеческим святого великого Ивана ставить на праздник святого Ивана семьдесят свечей, и фимиам и ладан. Служить в праздник владыке, а старостам купеческим и купцам дать владыке гривну серебра и сукно Ипрское; на другой день служить архимандриту святого Георгия и взять ему полгривны серебра, в третий день служить игумну святой богородицы из Антониева монастыря и взять ему полгривны серебра.
Я, князь великий Всеволод, дал пошлины попам святого великого Ивана на Петрятином дворище с купцов в Руси, в память князей великих — деда моего и прадеда брать с купцов ту старину навсегда: с тверского купца, новгородского, бежецкого, деревского и со всего Помостья (местности по р. Мете).
А церковная усадьба Петрятино дворище — от прежних дверей святого великого Ивана до погреба, а от погреба до Кончанского моста; а с той усадьбы брать деньги старостам Ивановским, и старостам Побережским и класть деньги в казну святого великого Ивана.
О попах святого великого Ивана, о дьяконе, дьячках, сторожах заботиться старостам Ивановским и купцам и старостам Побережским и побережанам.
В церкви святого Ивана ничего никому не держать, кроме свечей и ладана.
Ни городу, ни владыке, ни боярам не отнимать веса у святого великого Ивана, не облагать поборами мое пожалование великого князя Всеволода. А если кто начнет отнимать вес или облагать поборами или причинит обиду церкви святого великого Ивана и святого Захария, на того (пусть будут) спаситель, пречистая богоматерь, святой великий Иван, будет им тьма и грех и наказание божие.
56. БОРЬБА МЕЖДУ «БОЛЬШИМИ» И «МЕНЬШИМИ» ЛЮДЬМИ
Отрывки из «Новгородской первой летописи» здесь печатаются по тексту «Полного собрания русских летописей», т. III.
В Великом Новгороде классовая борьба принимала особенно ожесточенные формы и выражалась нередко в виде открытых восстаний «меньших» людей, под которыми понималась вся совокупность ремесленного и мелкого торгового люда, составлявшего большую часть новгородского населения, против «больших» людей, т. е. бояр и богатых купцов. Такое восстание, известное нам по летописи, произошло в 1136 г., когда на новгородском столе сидел внук Владимира Мономаха — князь Всеволод Мстиславич. Новгородцы арестовали Всеволода вместе с семьей и держали его под охраной на дворе епископа, пока из Чернигова не приехал новый князь Святослав Ольгович. Освободившись от заключения, Всеволод бежал в Псков. Новгородцы потребовали от псковичей изгнания Всеволода, но те отказались и стали готовиться к войне с Новгородом. Внезапная смерть Всеволода прекратила распрю. События 1136 г. имели важное значение для политической жизни Великого Новгорода. С этого времени новгородцы сами приглашают к себе князей и заключают с ними договоры. «Ряд» — договор Новгорода с князем — определял княжеские права и обязанности. В случае его нарушения новгородцы считали себя в праве изгнать князя из Новгорода и посадить другого. Восстание против Всеволода имело и классовый характер. Люди («людье»), которые не захотели иметь Всеволода князем, — это название простого народа, в отличие от бояр, поддержавших князя.
Еще более яркое классовое выражение имело восстание 1209 г., направленное против детей умершего посадника Мирошки — «Мирошкиничей». Дмитр Мирошкинич вызвал всеобщее негодование в Новгороде своим своеволием и ростовщичеством. В 1209 г. новгородское войско ходило на прмощь великому князю Всеволоду Юрьевичу Большое Гнездо и вместе с ним воевало в Рязанской земле. Всеволод отпустил их в Новгород, дав им разрешение: «кто вы добр, того любите, а злых казните». Посадник Дмитр Мирошкинич остался в Суздальской земле. Вернувшиеся из похода новгородцы разграбили дом посадника Дмитра, о чем рассказывает второй отрывок.