— Нет. Просто сбросила вес.
— Но как?
— Пойдём, увидишь.
Они вскарабкались по ножке стула, потом на стол, перебрались в шкаф и оттуда в щель в стене.
— Вот! — показала Гиацинта, не в силах скрыть материнскую гордость. — Все твои.
— Все мои?
В голосе Робина звучало беспокойство. Она что, ожидает, что он станет заботиться об этой кучке крошечных чудовищ, розовых и безволосых? У него никогда раньше не было детей. Что делают отцы?
— Цинта, что я должен делать? — испуганно спросил он.
— Делать? Ничего. Это мне придётся их кормить, греть, чистить и воспитывать из них хороших мышат. Тебе нужно только восхищаться десятью нашими крошками. Ну разве они не прелесть?
— Несомненно, — с сомнением в голосе протянул Робин. — Ты говоришь — десять?