Под самолетом — леса, нескончаемые, непроходимые, таинственные, обладающие огромной притягательной силой, очарованием и суровостью; леса, скрывающие в своих зарослях замечательных людей, людей мужества, отваги и благородства.
Троицк, 1939 г.
ЧЕЛОВЕК С ПЕСНЕЙ
I
— Убей меня бывший бог, ребятки, но если эта фактория существует в природе, то должна быть где-нибудь здесь. Верно, дети?
Человек говорил отрывисто, с силой выбрасывая слова изо рта. Ветер был стремителен и плотен: едва говоривший открывал рот, как ветер доотказа наполнял легкие. Чтобы выдохнуть воздух, приходилось отвертываться.
— Ненцы с Пай-Хоя[81] говорили нам, что Грешная река будет сразу же, как перевалишь через Байдарак на Северный Ямал. Они говорили: дорогу надо гонять 20 снов[82]. Мы гоняем ее вот уже месяц, но разве в этой темнотище...
Говоривший захлебнулся и замолчал. В шалмане ветров бесновался снег.
— Этот старикан, ребятки... — начал было снова человек, но неистовый порыв подхватил его и бросил в снег. Человек ударился головой о нарту, но не унимался: — Этот чортов старикан, ребятки, очевидно, справляет нынче какой-то праздник, оттого так и беснуется. Мало ему того, что рука у меня отморожена, так он еще дерется. Старый смутьян. Может, он запретит мне и мою любимую песню?
И, сидя в сугробе, он начал петь: