Но девушка звала его к себе, не сумел Павел усидеть на месте. Такая хорошая была Нумги. На ней расшитые из оленьих шкурок сапоги и белая пушистая ягушка. Ее черные волосы развевались по ветру, и большие глаза искрились зовущим смехом.
— Почему, Павел, не идешь ко мне, или боишься? — спросила Нумги.
— Мужчина не может бояться женщин, я не боюсь тебя, Нумги.
— Врешь, боишься, — смеялась девушка.
— Пойдем, Нумги, в лес, я покажу тебе, какой я смелый...
Надели лыжи и побежали наперегонки. Девушка показывала свое искусство, шла быстро, по-мужски широко расставляя ноги. Но трудно обогнать Павла, он летел, не чувствуя снега, лыжи сами несли его вперед.
Нумги сдала первая, устала и прислонилась к большому ветвистому дереву. Волосы в беспорядке спустились на лоб, лицо раскраснелось от быстрого бега.
Павел остановился рядом, молчал, не зная, что говорить. Вот наедине с собой несколько раз он повторял этот разговор, нетерпеливо ждал его, а тут забыл все.
Нумги тоже молчала.
— Я хотел тебе давно сказать это, Нумги, но боялся. Ты должна стать моей женой, Нумги.