Преподобный же Сергий въздохнувъ из глубины душа и рече им: «Аз и помышлениа не имѣх еже хотѣти игуменьства, но тако желаеть душа моа и[403]Надписано над строкой. скончатися и в чрънецех на мѣсте семъ. Вы же не принужайте мя, но оставите мя Богу, и тъй, яко же въсхощет, и сътворит о мнѣ». Они же рѣша: «Мы и, отче, желаем того, дабы намъ былъ ты игуменъ, ты же отрицаешися. Мы же речем ти: или сам буди игуменъ, или шед спроси нам игумена у святителя. Аще ли не тако, то таковыа ради нужа разидемся вси от мѣста сего». Преподобный же Сергий пакы[404]Написано на полях со знаком вставки. постонавъ от сердца, рече имь: «Нынѣ убо разидемся кийждо въ свою кѣлию, и вси помолимся Богу прилѣжно о сем, да явит и открыет нам, что подобает творити». Они же разидошася кождо въ свою кѣлию.

По днех же нѣколицѣх пакы приидоша братиа къ преподобному Сергию, глаголюще: «Поне же мы, отче, снидохомся на мѣсто сие, слышавше еже от тебѣ начаткы добраго подвизаниа твоего и церковнаго основаниа, яже своима рукама съвръшилъ еси. Имущи благодать Святыа Троица, к той прибегохом, на ню же надежю и упование наше все възложихом твоим руковожением, отселѣ ты намь буди и отец и игуменъ. И будеши прѣдстоа престолу Святыа Троица, серафимскую трисвятую пѣснь въсылаа къ Богу, и безкровную съвръшаа служьбу, и своима рукама да подаси нам пречистаго тѣла и божественыа крове Господа нашего Исуса Христа, и препокоивъ старость нашу, гробу предаси ны». Сергию же отцу на мнозѣ отрицающуюся и не хотящу, моля ихъ, утѣшаа глаголаше: «Простите мя, отци мои и господие мои! Кто есмь аз, смѣай таковаа дръзнути, их же съ страхом и ужастию аггели не могуть достигнути? Како же недостойный азъ дръзъ явлюся, ни же успѣвъ в таковую мѣру? Аз начатькамнишьскаго устава и житиа никако же достигнух; како смѣа сиа святыня приступити или коснутися? А бых моглъ своих грѣховъ плакатися, и вашею молитвою оного блага достигнути, краа желаннаго, его же въжелѣхъ от юности моеа». И сиа, и множайшаа сих к ним извѣщавъ, отъиде въ кѣлию свою.

Блазии же они старци по днех пакы пришедша, начаша бесѣдовати к нему, глаголюще предреченныа глаголы, и множае тѣхъ, и рѣша: «Мы, отче духовный, пря никоеа же имамы с тобою: Богу наставльшу нас, к тебѣ снидохомся на мѣсто се, и твоему житию и благонравию подобитися въжелахом, и будущих благъ наслаждениа сподобитися надѣахомся. Аще же ты не хощеши пещися нашими душами и пастух словесным овцам не хощеши нам быти, мы убо отходим от мѣста сего и от храма Святыа Троица и от обѣта нашего неволею отпадаем. И заблудим, акы овьца не имущи пастуха, въ горы прѣѣзорьства и распутиа; злым мыслем предавшеся, съкрушени будем мысленымъ звѣрем, сирѣчь диаволом. Ты же отвѣт въздаси пред необиновенным судиею вседръжителем Богом». Се же глаголаша ему братиа, прещениемь прѣтяще и грозами грозяще: много бо преже, по многы дни молиша его, нудяше ово смирениемь, ово же тихостию и ласканиемь, иногда же прѣщением и жестокыми словесы претяху, жалующеся. Онь же, крѣпкый душею, твръдый вѣрою, смиреный умом, ни ласканию повинуся, ни прещениа боашеся, но выше прѣщениа мужь обрѣтеся.

Егда же много нудиша его братиа на игуменьство, онь же смиреномудръ сый, не хотя того приати, ни же еже издѣтьства съвъзрастъшее ему богоподражанное смирение оставити не хотя. Таковое тѣх моление отрясе, грѣшна суща себе глаголя и недостойна, прирек и се: «Яко мои глаголи не согласуют вашимьсловесем, поне же вы убо излише принужаете мя на игуменьство, аз же излише отрицаюся. Елма же аз убо сам хощу учениа требовати паче и учитися, нежели иных поучати: аз убо сам желаю от инѣх обладаем быти паче, нежели иными обладати и начальствовати. Бою же ся суда Божиа; еда како будет се Богу тако любо, яко же вы повелѣваете ми, воля Господня да будет!» Обаче побѣженъ бывь от своего милованнаго братолюбия и от своего усердиа и тщивьства, едва повинуся тѣх молению. И посули быти прошению их и повинуся волѣ их быти, паче же рещи, волѣ Божии быти. И тако по сих всѣх преподобный Сергий въстенавъ из глубины сердца, и всю мысль, и упование възложивь къ вседръжителю Богу, рече к ним въ смирении душа: «Отци и братиа! Аз супротивъ вам ничто же глаголю, воли Господни предавшися: Тот бо вѣсть сердца и утробы. Идем въ град къ епископу». Миѣтрополиту же Алексию всеа Руси тогда бывшу ему въ Цариградѣ, въ градѣ же Переяславли повелѣ быти въ свое мѣсто епископу Афонасию Велыньскому. К нему же прииде[405]Написано на полях со знаком вставки. преподобный отець нашь Сергий, поим с собою два старца, и вшед сътвори поклонение прѣд епископомь. Епископъ же Афанасий, видѣвъ и, благослови его и въпроси имени его. Он же Сергий именем себе повѣда. Афанасий же слышавъ, радъ бысть, о Христѣ цѣлование дасть ему: преже бо бяше слышалъ яже о нем, начятъкы добраго подвизания его, и церкви възъгражения, и монастырю основаниа, и вся благоугодныа дѣтели, яже къ братии любы с прилежаниемь, и многыа добрыя дѣтели[406]Сначала было написано добродетели, но затем исправлено.. И побесѣдова с ним духовно; и егда скончаста бесѣду, и абие сътвори поклонение пред епископом.

Блаженый отець нашь Сергий начат молити святителя, прося игумена, дабы далъ наставника душамь их. Преподобный же Афанасий, исплънь сый Святого Духа, рече: «Възлюбленне! Богъ СвятымДухом усты Давидовы рече: «Изведу избраннаго от людий Моих»; и пакы: «Ибо рука Моа поможет ему, и мышца Моа укрѣпит и». Апостоль же Павелъ рече: «Никто же приемлет ни чти, ни сану, токмо възванный от Бога». Тебе же, сыну и брате, Богъ възвавый от утробы матере твоея, яже и от многых слышахъ о тебѣ, да будеши отселе ты отець и игуменъ братии, Богомь събранѣй въ обители Святыа Троица». Преподобному же Сергиу отрицающуся и недостоиньство излагающу, испол[ън]ь же сый благодати Святого Духа, Афанасий рече к нему: «Възлюбленне! Вся стяжаль еси, а послушаниа не имаши». Отець же нашь Сергий поклонься и рече: Яко Господеви годѣ, тако и буди; благословенъ Господь въ вѣкы!» И всѣм рекшимь: «Аминь».

Абие же святый епископь Афанасий повелѣ клириком вънити въ святый олтарь; сам же поем блаженнаго Сергиа, потщався въниде въ святую церковь. И облечеся въ священныа ризы, и поим блаженнаго Сергиа, повелѣ изглаголати емуизложение образ святыа вѣры, еже есть: «Вѣрую въ единого Бога». И по скончании того, Сергию главу поклоньшу, святитель же знамена и крестаобразно, и сътворь молитву сановную, и постави его иподьдиаконом, та же и диаконом, и съвръши божественую литургию, и въкупѣ причастишася божественаго тѣла и крове Господа нашего Исуса Христа. Наутриа же съвръши его иерѣйскым саном и пакы повелѣ ему сътворити святую литургию и своима ему рукама принести безкровную жрътву. Преподобный же отець Сергий вся повелѣнаа ему съ страхом и радостию духовьною съвръши.

Епископъ же Афанасий особь поим его, и правила апостольскаа, и отечьскаа учениа, яже суть на строение и исправлению душевному, и бесѣдова к нему: «Длъжно ти есть, възлюбленне, по апостолу, «немощи немощных носити, а не себѣ угажати. Но на съграждение кождо ближнему да угаждаеть». И пакы к Тимофѣю посыѣлает, глаголя: «Сиа прѣдаждь вѣрным человѣкомь, иже достижни будут и иных научити». Еще же: «Другь другу тяжести носите, и тако скончаете законъ Христовъ». Сиа исправивъ, и сам спасешися, и сущаа с тобою». И сиа рекъ, духовными даръми учредивъ его, и о Христѣ цѣлование дасть ему, и отпусти его въистину игумена, и пастуха, и стража, и врача духовнѣй братии.

Сице не кромѣ нрава боголюбива бысть се, ни же кромѣ Божиа промысла се съключися; яко не о себе игуменьство взя, но от Бога поручено бысть ему начальство. Не бо наскакывалъ на се, ни же превъсхыщаль прѣд нѣкым, ни посуловъ сулилъ от сего, ни мъзды давалъ, яко же творят нѣции санолюбци суще, другь прѣд другом скачюще, врътящеся и прехватающе, не разумѣюще Писания, глаголющаго: «Ни хотящему, ни текущему, но милующему Богу, от Него же всяко даание благо, всякъ даръ совръшенъ свыше есть, сходя от Бога, Отца свѣтом». Яко да здѣ Божиа плъка въеводьство вручено будет ему, идѣ же убо толико множьство инокъ, акы воиньства духовьныа храбры, общему всѣх Владыцѣ привести хотяще. И поне же чистоты ради житиа его достоинъ бысть таковыя благодати, достоинъ бысть предстательству, пастырь паствѣ; стаду словесных овець и священному монастырю началникъ явися, Богъ бо произведе угодника Своего на игуменьство.

О началѣ игуменьства святого

Пришед же преподобный отець нашь игумен Сергий въ свой ему манастырь, въ обитель Святыа Троица. Братиа же усрѣтше его и поклоньшася ему до земля пред ним, радостию испльнишася. Онъ же, вшед въ церковь, паде лицемь на земли, съ сльзами молитву творяше к невидимому царю, възираше на икону Святыа Троица, на помощь призываше Святую Богородицу, служителя же престолу его небесныа сила Предтечюи мудрыа апостолы, сь сими же началныя святителя — Василиа Великого, и Богослова Григориа и Златаустаго Иоанна и вся святыа. Их же молитвами просить от десница Вседръжителя, дабы далъ несумѣнно смѣние у престола славы стати Живоначалныа Троица и коснутися рукама агньца Божиа, за мир заколенаго Христа, Сына Божиа.