— Кто такой?
— Тонинъ…
— А! Ну, что же?
— Онъ… имѣлъ несчастіе попасть… въ тюрьму.
— Туда и дорога!
Русановъ вытаращилъ глаза.
— Такимъ господамъ некуда больше и дѣваться, прибавила она, вставая.
— Какъ же это? Онъ просилъ, онъ былъ такъ увѣренъ, что вы примете въ немъ участіе…
— Я? За кого жь онъ меня считаетъ? За сообщницу въ его подлостяхъ?
— Извините, сказалъ Русановъ, поклонился и вышедъ.