Верный Самбо и этого не упустил.
Теперь въезжали в теснину, глубокий прорез в скалах, окруженный с обеих сторон вертикально спускающимися к воде стенами.
Тут невозможно было достичь с берега, и Самбо, который от чрезвычайно напряженной работы почти задыхался, направил теперь лодку в маленькую бухту и прикрепил ее веревкой к выступу скалы.
Теперь мальчик достал из задней части лодки мешок, в котором Штеретебекер нашел не только обильное количество плодов, но также кинжал и Бог весть откуда взявшаяся, заржавевшая сабля; она не была африканского производства.
Для первого шага это все таки было некоторое вооружение, а обед из плодов был даже больше чем достаточный.
— Мы долго тут не должны оставаться, — сказал Штеретебекер к Самбо, в большом душевном спокойствии, с открытым ртом осматривавшему своего нового господина.
Все на Штертебекере вызывало изумление негритянского мальчика. Он глядел на белого великана в пестрой рубахе, несколько потерпевшей уже во всех этих приключениях, и он казался ему существом иного мира.
— Должны здесь ждать, великий повелитель! Собаки придут. Потом плохое место! Лучше здесь! Можем тут хорошо защищаться. Всех убить! Великий повелитель силен, всех много очень убьет!
Самбо был прав. Издалека доносился уже лай своры.
Лягавые собаки, значит, очень быстро пробежали это громадное расстояние. Но объяснилось это просто тем, что собаки не везде следовали по изгибам реки, а по суше миновали их и бежали прямым путем.