— Ах ты, господь небесный! — заплакал Штертебекер. — Мы совсем живем на южном берегу острова Вигта. Ах ты, Боже мой!
— Вы туда попадете с вашими лодками разве завтра к обеду! — крикнул офицер, почувствовавший что-то вроде жалости к этим «бедным забитым рыбакам».
— А, добрый господин, сжальтесь над тремя бедными голодными измученными рыбаками. Мы не можем ехать дальше, у нас нет сил грести даже еще десять минут, не то что завтра до обеда. Мы уже двадцать четыре часа не имели куска во рту.
— Я вам ничего не могу теперь дать, — ответил караульный. — Теперь полночь, все уже заперто. На корабль я вас тоже не взять, это строго воспрещается.
— Ах, милый человек, мы совсем этого не просим.
— Так чорт возьми, что же вам нужно здесь?
— Мы просим вашего позволения отдохнуть от усталости под защитой вашего корабля.
— Дураки, зачем же для этого «Saint George»?
— Ах, господин, мы не можем ехать дальше. Мы устали и промокли от дождя. Стена вашего корабля защитит нас против ветра, а рулевая площадка защитит нас от дождя. Мы можем здесь сварить себе похлебку. Все необходимое есть у нас. Позвольте нам, добрый благородный господин, сварить себе здесь похлебку.
— Чорт возьми, если вы не хотите убраться отсюда, так варите себе вашу похлебку. Только сообщите, когда вы справитесь.