— Невозможна! медленно повторила графиня, я действительно говорила вам это и вы соглашались со мною.
— Да… да… это так. Однако… я дал ему слово…
— Едва обещание….
— Но Берта любит его!
— Фантазия ребенка!…
Де—Листаль взглянул на графиню: и тогда, он увидел на ея лице выражение безпощадной воли.
Он угадал — это был точно блеск молнии — он угадал, что участь его дочери безвозвратно решена. Какой–то голос кричал ему, что он должен сопротивляться, что счастие его ребенка было поставлено на карту и что ее хотели принести в жертву.
Графиня, между тем, приблизилась к нему и взяла его за руки. Какая–то приятная теплота распространялась вокруг нея. Наклонившись над мужем, Мариен окружила его какой–то опьяняющей атмосферой.
— Ну, чтоже? сказала она, голосом, который заставил задрожать самыя сокровенныя фибры его души, неужели вы откажете мне в том, о чем я вас просила.
— Говори! говори! прошептал де-Листаль, у котораго последняя энергия пропала; разве ты не знаешь, дорогая, что я сделаю все, чего–бы ты не потребовала от меня?