— Я исполню мое обещание…. и с сегодняшняго же дня, я могу вам обещать, что вы возвратитесь в Префектуру высоко держа голову…. Но ваша задача еще не окончена….
— Я также дал вам слово, сказал в свою очередь Ферм, я весь в вашем распоряжении….
Тогда Морис обяснил отставному агенту, не входя в безполезныя подробности, что в Париж прибыл беглый каторжник, по имени Пьер Бланше, по прозванию Седьмой–номер и что было необходимо, во чтобы то ни стало, открыть его убежище.
— Только, прибавил Морис, не надо, чтобы об этом узнала полиция, а главное дело, избегайте всего, что могло–бы повести за собой его арест.
Ферм тотчас–же принялся за дело; он обыскал все притоны Парижа, обошел все места, где прячутся находящиеся не в ладах с правосудием, но все его розыски и старания были напрасны. Дом старика Сэнкуа был из тех, о которых в таких случаях не думают.
Прошло две недели.
Каждое утро, Ферм, повинуясь принятому им обыкновению, являлся с донесением к Морису и сообщал ему о всех своих безплодных и неудачных попытках.
Однажды утром, бывший полицейский позвонил, по обыкновению, у дверей Мориса.
Он шел, опустя голову, держался согнувшись, на его лице было выражение страшнаго огорчения.
— Ничего новаго? спросил Морис.