Иван похаживает, в окошко поглядывает, над немцем потешается:
— День да ночь, а там и галстук крученый наденут.
На третье утро повели к царю немца, а у него и ноги не двигаются. Загадок он, конечно, не разгадал, и велел Петр петлю крутить.
Иван похаживает по каталажке, нет-нет да и скажет:
— Столб вкопают, галстук сплетут и за тобой придут.
Немца в озноб бросает. Никакому богатству не рад: своя-то шкура дороже.
Иван советует:
— Хоть бы завещанье написал, кому добро отказываешь.
Немец бухнулся в ноги солдату, сапоги лижет, спасти просит, золотые горы сулит.
Иван и подумал: после немца пропадет царево золото нивесть где. Не лучше ли то золото заполучить до последнего рубля да и представить царю на пользу.