– Да, да, вырядимся!- послышалось в ответ. И вскоре все, переодетые китайцами, уже стояли на берегу. Только я один долго не мог одеться, потому что между китайскими кафтанами не нашлось ни одного, который был бы мне впору, а китайские башмаки с деревянными подошвами мне ужасно не нравились. Пока другим плели косы, а Знайка снимал с каждого по очереди по карточке, я все-таки успел переодеться китайцем, даже приделал себе настоящую китайскую косу. Но странно: в то время, как у всех косы спускались вниз, моя коса оказалась ужасно упрямою и торчала все кверху…
– Ну, братцы, идите вперед, – скомандовал Мик. Я двинулся в числе первых. За мною шел Микробка, изображавший китайского торговца рыбою и овощами, хотя он никак не мог поладить с двумя корзинами, привязанными, по китайскому обычаю, к длинной палке. За ним следовали другие.
– Живее! Живее! – командовал Мик, поднимая кнут. Очевидно, мы были совсем похожи на китайцев, потому что настоящие китайцы, работавшие недалеко на поле, даже не обратили на нас внимания.
Дойдя до ближайшей хижины, мы остановились, отдохнули, а затем по обыкновению стали искать, нет ли в этой хижине чего-нибудь интересного. Искать пришлось недолго – на пороге хижины было разложено китайское вооружение: щиты, сабли, разные головные уборы, знамена и прочее. Тут же лежали китайские носилки, на которых в Китае носят важных сановников. Кроме того, у порога стоял небольшой осел, на которого было надето вышитое золотом седло.
– Очевидно, все это приготовлено для торжественной встречи какого-нибудь важного мандарина, то есть сановника, – пояснил Знайка.
– Вот мы и устроим шествие, – заявил Дедко-Бородач.
И многие из нас, малюток, стали уже готовиться к шествию, в то время как Чи-ка-чи приводил в порядок носилки, а Мик готовился усесться на осла.
Когда все было готово, Скок по знаку, данному Миком, затрубил в длинную трубу, и шествие двинулось в путь.
Впереди шел Скок с трубою, за ним верхом на осле ехал Мик, изображавший китайского генерала, а за ним, в качестве оруженосца, Знайка. Далее следовали носилки. Рики уселся на носилках, поддерживаемых четырьмя малютками-носильщиками. Он заявил, что будет считаться отныне мандарином, то есть важным китайским сановником. Перед носилками мандарина, то есть Рики, шел Микробка, держа в руках большую китайскую грамоту и громко выкрикивая;
– Сторонитесь! Сторонитесь! Великий мандарин едет!..