Лиан. Вы очаровательны. Очаровательны и так просты.
Эстер. Знаете, после спектакля я никогда не вспоминаю о том, что я актриса.
Лиан. Вы совсем непохожи на те легенды, которые о вас рассказывают.
Эстер. Легенда не была бы легендой, если бы мы на нее походили. Главная удача — не походить на то, что о нас думают люди. Что бы от нас осталось, если бы наши враги нападали на нашу действительную сущность? Видите ли, детка, я самая обыкновенная женщина, которая слепо любит своего мужа и сына. В этом все счастье моей жизни. Все остальное — драмы, интриги, ложь, хитрость — все это остается на сцене. Возможно, в театре я освобождаюсь от всего, что я так ненавижу в жизни. Вернувшись домой, я снова превращаюсь в милейшую идиотку, у которой знаменитый муж и женатый сын — инженер, живущий в Шотландии.
Лиан. Сколько лет вашему сыну?
Эстер. Жану — мы зовем его Жанно — двадцать пять лет. Я уже старая дама. Я должна вам казаться развалиной.
Лиан. У вас возраст гения. Не знаю, вам восемь лет или же восемь тысяч… Вашему мужу тоже нельзя дать его лет.
Эстер. А сколько бы вы ему дали?
Лиан. О?.. Я… Я мечтаю о таком Фаусте, которому Маргарита скажет после его сговора с Мефистофелем: «Какая жалость, мой дорогой, я ненавижу молокососов!»
Эстер. Многие молодые девушки презирают своих сверстников, и все молодые девушки сходят с ума из-за Флорана. Вы из их числа?