- Прошу тебя, отец, дай мне ключи от подземной твоей конюшни. Хочу я взглянуть на твоего коня.
Доверил Аца сыну своему ключи от подземной конюшни, открыл мальчик тяжелую дверь, - темно в подземельи, только острые уши коня видны. В навозе стоит конь. Как козленка схватил за ногу коня Ацамаз, вытащил грязного из конюшни, намылил его нартским чудесным арык-мылом и в ключевой воде выкупал, взнуздал его хахийской харх-уздечкой, семь чепраков, искусными бабийскими мастерами сделанных, положил он на коня, оседлал его седлом в ангушской оправе. Вскочил Ацамаз на коня, вскинулся конь и до самых небес подкинул мальчика. Но Ацамаз тут же пулей упал на коня и уцепился за его подпругу под брюхом.
Еще раз вскинулся конь, сбросил он Ацамаза на землю, и глубоко в землю зарылся Ацамаз, но тут же снова вскочил он на коня и спрятался под высокую луку седла. Огляделся конь кругом и спросил:
- Куда ты делся, юноша?
- Так я же на тебе сижу!
И тогда сказал конь:
- Значит, годишься ты мне в седоки. И ответил ему Ацамаз:
- Ты тоже, пожалуй, годишься мне, пока будем мы по грязи тащиться, но потом подыщу я коня, который достоин меня.
Грустно вздохнул конь и сказал:
- Ох, ох!.. Обидны слова твои и на половину уменьшили они мою силу.