И показал он сыну на то окно, что находится под самым потолком.
Хлестнул тут юноша коня, и, как муха, взлетел его конь и вынес его через верхнее окно.
Держит путь юноша на остров между Черным морем и Белым морем, туда, где собираются все, кто будет состязаться в скачках.
По лесам и равнинам едет юноша, убивает он оленей и диких коз и на тонкие полоски режет их шкуры. Вот доехал он до места, откуда должны начаться скачки, и нашел спящими всех участников скачек. Пока они спали, починил он все их уздечки и седла, сам же отъехал подальше, седло положил в изголовье, потник подстелил под себя, андийской буркой прикрылся, лег и уснул, коня же отпустил он на волю. Пока он спал, конь выкупался в море.
Скачки уже начались, а Саууай еще спит. Близка Площадь Нартов, где колышется знамя, которое должен схватить победитель. Но Саууай все спит. Тут подошел к нему конь, разбудил его и сказал:
- Вставай поскорей, сегодня закончатся скачки. Чист и блестящ, точно яичным белком натерт, был конь после купанья. Накинул на него седло Саууай, вскочил и погнал его к цели.
Нартская молодежь с седьмого яруса следила за скачками. Каждому хотелось видеть, чей конь идет первым. И вот впереди всех показались скакуны Урызмага и Хамыца. Как запряженные волы, идут они рядом, следом за ними бежит конь Сослана. Конь же Сырдона отстал ото всех, и дразнить начала Сырдона нартская молодежь:
- Видно, тяжелую поклажу несет твой конь, лукавый Сырдон.
Вдруг увидели они коня Кандза. Одного за другим обгоняет он нартских коней. А кто на нем сидит, не могут они разглядеть, настолько он мал. И сказал тут Сырдон:
- Конечно, мой конь позади всех тащится, тяжело навьюченный, но это еще не самое удивительное. Вижу я коня со звездой на лбу. Вот нагнал он моего коня и оторвал ему правое ухо, а вот сейчас нагнал он ваших скакунов, вырывает он у одного за другим правые уши и откидывает их налево. И вот теперь, гордая нартская молодежь, вам так же, как и мне, не видать первой доли, как ушей своих скакунов.