Приставъ Коффъ покачалъ головой.
— Тайна въ этомъ отношеніи остается болѣе чѣмъ когда-либо непроницаемою, отвѣчалъ онъ. — Я напалъ на ея слѣдъ въ одной изъ фризингальскихъ лавокъ, принадлежащей холщевнику Мальтби. У прочихъ торговцевъ, суконщиковъ, модистокъ, портныхъ, она ничего не купала, да и у Мальтби взяла только нѣсколько аршинъ полотна. Долго провозившись надъ выборомъ качества, она наконецъ остановилась на одномъ кускѣ, и велѣла отрѣзать отъ него столько, сколько нужно для ночной кофты.
— Для чьей же кофты? спросилъ я.
— Да вѣрно для своей собственной. Въ четвергъ рано поутру, между тѣмъ какъ всѣ вы покоились въ своихъ постеляхъ, она, вѣроятно, прокралась въ комнату вашей барышни, чтобы похитить Лунный камень, а выходя оттуда, должно-быть, мазнула какъ-нибудь неосторожно кофтой по невысохшей краскѣ. Пятно на кофтѣ не отмылось, а между тѣмъ она не посмѣла уничтожить испорченную вещь, не замѣнивъ ее прежде новою.
— Что же заставляетъ васъ предполагать, будто это была кофта самой Розанны? возразилъ я.
— Тѣ матеріалы, которые она для себя покупала, отвѣчалъ приставъ. — Будь это кофта миссъ Вериндеръ, то для нея потребовались бы кружева, оборка, и не вѣсть какія украшенія, да къ тому же Розанна и не успѣла бы сшить ее въ одну ночь. Кусокъ ровнаго полотна годится только дня незатѣйливой кофты простой служанки. Повѣрьте мнѣ, мистеръ Бетереджъ, это ново какъ день. Загадка состоитъ лишь въ томъ, съ какою цѣлью (разъ запасшись новою одеждой) прячетъ она испачканную, вмѣсто того чтобъ ее уничтожить? Если дѣвушка не сдѣлаетъ добровольныхъ показаній, то намъ останется лишь одно средство разрѣшить этотъ мудреный вопросъ: разыскать то потаенное мѣстечко на зыбучихъ пескахъ, куда она упрятала ящикъ, и тогда дѣло объяснится само собой.
— Но какъ же вы отыщете это мѣсто? спросилъ я.
— Весьма сожалѣю, что на этотъ разъ не могу удовлетворить ваше любопытство, отвѣчалъ приставъ, — во это секретъ, котораго я никому не выдамъ.
(Чтобы не раздразнить вашего любопытства, читатель, подобно тому какъ онъ раздразнилъ мое, я открою вамъ, что приставъ вернулся изъ Фризингалла снабженный обыскнымъ листомъ. Опытвость его въ подобныхъ дѣлахъ навела его на мысль, что Розанна Сперманъ, вѣроятно, носила при себѣ описаніе мѣстности, выбранной ею для храненія ящика, чтобы въ послѣдствіи можно было легче отыскать это потаенное убѣжище, еслибъ ей вздумалось вернуться сюда при другихъ обстоятельствахъ. Приставу захотѣлось, во что бы вы стало, овладѣть этою памятною запиской, и разъ добывъ ее, онъ счелъ бы себя совершенно удовлетвореннымъ.)
— Оставимъ покамѣстъ пустыя предположенія, мистеръ Бетереджъ, сказалъ онъ, — и приступимъ-ка лучше къ дѣлу. Я приказывалъ Джойсу присматривать безъ меня за Розанной. И о гдѣ Джойсъ?