— Посмотрите-ка, сэръ!
Крыжовникъ послѣдовалъ за нами. Глаза его страшно выкатывались, — не отъ ужаса, но отъ восторга. Онъ самъ по себѣ сдѣлалъ находку.
— Посмотрите-ка, сэръ, повторилъ онъ, подводя меня къ столу въ углу комнаты.
На столѣ лежала деревянная коробочка, раскрытая и пустая. Возлѣ нея валялся клочокъ ваты, употребляемой ювелирами. Съ другаго боку лежалъ оторванный лоскутокъ бумаги съ полуиспорченною печатью и вполнѣ уцѣлѣвшею надписью. Она заключалась въ слѣдующихъ словахъ: «Гг. Ботъ, Лайзафтъ и Бошъ приняли на сохраненіе отъ мистера Септима Локера изъ Мидльесксъ-Плеса деревянную коробочку, запечатанную въ этомъ пакетѣ и содержащую драгоцѣнность высокой стоимости. Коробочку эту гг. Бошъ и К о должны отдать, по востребованію, лично въ рука мистера Локера.
Эти строки разсѣяли всякое сомнѣніе по крайней мѣрѣ касательно одного пункта. Морякъ, выходя вчера изъ банка, имѣлъ при себѣ Лунный камень.
Я снова почувствовалъ, что меня дергаютъ за фалды. Крыжовникъ еще не покончилъ со мной.
— Грабежъ! прошепталъ мальчикъ, съ высокомъ наслажденіемъ показывая на пустую коробочку.
— Вамъ велѣно ждать внизу, сказалъ я:- подите отсюда.
— И убійство! прибавилъ Крыжовникъ, еще съ большимъ наслажденіемъ указывая на лежавшаго въ постели.
Это наслажденіе ребенка ужаснымъ зрѣлищемъ было такъ отвратительно, что я взялъ его за плечи и вывелъ вонъ.