— Мы с вами виделись всего одни раз, — сказала она, уходя от ответа. — Ваш покойный брат знакомил меня с вашим семейством. Интересно, вспомните ли вы мои большие темные глаза и страшный облик? — Она подняла вуаль и подставила лицо лунному свету.
Фрэнсис тотчас узнал эту единственную в своем роде женщину, вызывавшую в нем самое неприязненное чувство: вдова его брата, первого лорда Монтбарри. Он нахмурился. Намучившись на репетициях со строптивыми актерами, он приучил себя грубить женщинам, которые ему неприятны.
— Я вас помню, — сказал он. — Я думал, вы в Америке.
Она оставила без внимания его нелюбезное обращение, и когда, приподняв шляпу, он собрался уходить, просто задержала его.
— Походите со мной несколько минут, — невозмутимо сказала она. — Мне нужно кое-что сказать вам.
Он показал на сигару.
— Я курю, — сказал он.
— Я не возражаю.
Оставалось либо грубить дальше, либо покориться. Он покорился, кое-как соблюдая приличия.
— Ну? — сказал он. — Что вы хотите мне сказать?