Змееголовы могут подолгу оставаться без воды. На рыбалке я прятал их в неглубокую яму, вырытую в сыром песке, укрывал яму влажной травой и уже не опасался, что они погибнут. Жители Гималайских гор недаром называют их земляной рыбой.
Если при спаде воды змееголовы опоздают выбраться из высыхающего водоема, они зарываются в ил и лежат под его твердой коркой, как мертвые. Но вот снова появилась вода, рыбы вышли из долгого оцепеневшая и опять стали плавать как ни в чем не бывало.
В ясную погоду их можно видеть на отмелях - они греются на солнце. Однажды, застав крупного змееголова за принятием солнечной ванны, я осторожно подвел к нему бамбуковое удилище и метким ударом в голову оглушил рыбину. В другой раз, во второй половине августа, я с группой охотников подкарауливал уток на безыменном озере, соединяющемся узким рукавчиком с рекой Ситой. Озеро было мелководным, и на первой же отмели, мы увидели целую стаю змееголовов. Они сплылись к подводному стеблю какой-то высокой темно-коричневой травы, терлись об эту траву и друг о друга, сбиваясь иногда так плотно, что их можно было принять с берега за одно черное пятно. Не удержавшись, я выстрелил по ним из двустволки и подобрал в охотничью сумку сразу пять рыбин.
- Хорошее будет заливное! - позавидовали мне мои спутники.
И я вспомнил, что наши хозяйки и в самом деле предпочитают готовить заливное именно из этой рыбы.
СОМ-ПТИЦЕЛОВ
Было это на маленькой речке Бермиканке, воды которой текут в Зею.
Зимой эта речушка вымерзает до дна, а во время летних паводков разливается иногда на сотни метров и затопляет ближние луга. Вместе с полой водой в Бермиканку заходит зейская рыба, и здесь ее подкарауливают рыбаки.
Как-то вечером я отправился на речку. Солнце было уже на закате, погода стояла тихая, и рыба клевала хорошо. Под ветвями тальника, полузатопленного водой, бултыхались сомы. Их грузные шлепки и причмокивания слышались поминутно.