Утром Дормидонт показывал колхозникам водяного черта: это была побелевшая от старости, сильно израненная щука более метра длиной. Возле нее с распластанными на полу крыльями лежал крупный степной коршун.
Дормидонт пояснил, что, видимо, щука стояла где-то на речной отмели, когда ее заметила птица. Коршун вцепился в рыбину острыми когтями, но не справился со своей жертвой: щука ушла в глубину и утопила хищника, который так и не успел разжать когти. С коршуном на спине и увидели ее в Кривой протоке молчановские рыбаки.
АУXА
Бакенщик Евсей, с которым я ходил на рыбную ловлю, часто подтрунивал надо мной:
- Какой же ты рыбак, если ерша в руках не держал?
Он рассказывал об этой рыбе с уважением, говорил, что ерши здесь бывают в полпуда весом и в полметра длиной.
До поры до времени я помалкивал, но наконец знаменитый амурский ерш был пойман, и самым неожиданным способом.
Я шел вдоль узкого ручейка, образованного летним паводком. Ручеек этот стекал из прибрежного озера в Амур и был настолько мал, что три жердочки, переброшенные через него в виде мостика для пешеходов, уже создавали запруду. У нее я и остановился. Вода переливалась прямо через мостик и пробила тут неглубокую вымоину. Мне показалось, что в яме шевельнулась рыба. Я присмотрелся и вполне отчетливо увидел ее колючий, почти во всю длину тела, спинной плавник и зеленовато-желтые бока в темных, неправильной формы пятнах. Видно, рыбина поднялась сюда из Амура, чтобы поджидать гольянов и востробрюшек, возвращающихся из озера в реку.
Перегородив ручеек ниже по течению таловыми прутьями, чтобы рыба не могла уйти ни вниз, ни вверх, я вернулся к мостику и занялся охотой. Рыбина стрелой вылетела из ямы на отмель, где и попалась в мои руки. Бакенщик, осмотрев мою добычу, сказал: