Калашников побежал за соседями. Теперь за канат взялись трое мужиков. Иногда им удавалось сдвинуть рыбину с места, но стоило ей пошевелиться, мужики падали с ног и выпускали канат из рук, чтобы не искупаться в проруби.
Кто-то догадался принести обрубок дерева. Его положили поперек проруби и привязали к нему снасть. Так было надежнее. Лишь бы рыба не оборвала крючья, а утащить всю снасть она уже не могла.
Из деревни на реку примчались мальчишки. Они вертелись возле рыбаков, что-то кричали, пытались даже помогать взрослым, а толку все равно не было.
- Ну, Митрой, спроворил ты рыбку! - говорили соседи рыбаку. - Сам умаялся до десятого поту и нас всех умаял. А рыбка-то как была подо льдом, так там и осталась.
Не сбегать ли нам за лошадью? - надоумили мальчишки.
А ведь и верно! - засуетился Калашников.- Без лошадей тут не обойдешься…
К проруби подвели пару коней. Мужики запрягли их цугом, привязали канат к постромкам и хором закричали:
- Н-но, сердешные! Наддай ходу!..
Снасть медленно поползла по льду.