Инструктор и все инструктируемые, без сапог — кто босиком, кто в одних носках, — маршировали по комнате.
Мы с Анной удалились. Я взял ее под руку, и мы, ничем не отличаясь от сотен встречавшихся нам воркующих парочек, направились к ней на квартиру, не вызывая никакого сомнения у рассыпанных по всему городу солдат, у полицейских и жандармских обходов.
На квартире Анны мы еще раз подробно проверили, что уже сделано, что еще предстоит сделать.
Бумагу с перечислением имен, отчеств и фамилий всех заключенных за подписью обер-полицмейстера изготовляло наше паспортное бюро. Завтра мы получим ее. Остановка лишь за исходящим номером и за датой отправления, которые должны быть написаны теми же чернилами и тем же почерком, что и подпись обер-полицмейстера. Запрос относительно очередных исходящих номеров уже передан в тюрьму, и с этим задержки не будет.
Бумагу эту вручит «фон-Будберг», а я за час до прихода наших в тюрьму от имени обер-полицмейстера передам по телефону приказ смотрителю о подготовке заключенных к отправке. Получив такой приказ от «самого Майера», смотритель не станет его проверять. К тому же я ему скажу, что письменное требование об отправке будет вручено ему лично жандармским ротмистром.
На этом мы окончательно остановились.
Обмундирование и вооружение заказано и будет доставлено на следующий день на ту квартиру, из которой отправится в тюрьму отряд мнимых полицейских.
В отношении военной выправки от полицейских требовалось гораздо менее, чем от жандармов; приготовить полицейскую форму тоже было легче, чем жандармскую. А так как, по наведенным нами справкам, случаи конвоирования полицейскими смертников были в цитадели довольно часты, то мы и остановились на том, чтобы преобразить наших товарищей не в жандармов, а в полицейских. Было учтено и то, что рабочим тоже легче будет разыграть роль городовых, чем жандармов.
Предстояло решить вопрос о квартире. Это была нелегкая задача.
Квартира, из которой выходят десять полицейских во главе с жандармом, неизбежно должна обратить на себя внимание не только жильцов всех соседних квартир, но и всего околотка. Скрыть от населения Варшавы факт увоза десяти смертников из тюрьмы власти не смогут, если бы даже и захотели. А как только по городу разнесется весть об увозе их поддельными полицейскими, нетрудно будет сопоставить этот факт с уходом из квартиры неизвестно откуда и как появившихся в ней полицейских.