Он пришел ко мне через два дня поздней ночью вместе с капитаном Морстеном.
— Я бы хотел, Смолл, чтобы капитан Морстен послушал эту историю из твоих уст, — сказал майор.
Я повторил слово в слово, что рассказывал майору.
— Звучит правдиво, а? — спросил он капитана. — Я бы, пожалуй, поверил.
Капитан Морстен, ничего не сказав, кивнул.
— Послушай, Смолл, — начал майор. — Мы с капитаном все обсудили и пришли к выводу, что генерал-губернатор здесь ни при чем. Это твое личное дело, и ты волен поступать, как сочтешь нужным. Но я хотел бы вот что спросить у тебя, какую цену ты предложил бы за свои сокровища? Мы могли бы съездить за ними или по крайней мере позаботиться об их сохранности. Если, конечно, договоримся об условиях.
Он говорил холодным, безразличным тоном, но глаза его блестели волнением и алчностью.
— Видите ли, джентльмены, — отвечал я, стараясь тоже говорить спокойно, но чувствуя при этом не меньшее волнение. — Человеку в моем положении нужно одно — свобода. Это и есть мое условие: свобода мне и моим друзьям. Тогда мы примем вас в долю и разделим сокровища на пять равных частей. Вы двое получите пятую часть.
— Хм, пятую? — проговорил майор. — Это немного.