— Ты это всерьез?
— Совершенно всерьез, до полного надоедания. В Кеми расписались под мою фамилию оба. На свадьбе десять литров водки было. Вас вспоминали.
— От души поздравляю. Хорошая пара, желаю вам, ну, хотя бы дюжину деток, упорных, как мать, и темпераментных как отец.
— Спасибо, товарищ капитан. Назначайте правильный срок, ваше задание будет выполнено. Начало уже есть!..
— Как так есть?
— Через два месяца Аня поедет к моим родителям в Сванетию.
— Ай, Аркашка, Аркашка, мог ли я думать, что ты чертенок кучерявый, такого хорошего снайпера, как Аня, выведешь из строя…
— Ничего, товарищ капитан, она к активным боям подоспеет.
Аня стояла, прячась за Михашвили и застенчиво улыбалась. Она была, как и прежде, крепка и жизнерадостна, в новенькой шинели, на погонах ее я заметил сержантские нашивки.
— Ты не маскируйся за спину мужа, — обратился я к ней, — а лучше расскажи, как ты не устояла перед этим обольстителем. Ведь я помню: ты не хотела во время войны замуж выходить…