Но тут послышались выстрелы, Андрей почувствовал, как его кольнуло в ногу. Он упал на одно колено и, взяв на мушку главаря шпионской банды, выстрелил раз и другой. Матерый шпион грузно свалился на землю и завыл. Трое остальных, струсив, бросились за углы сарайчика и открыли бешеную, беспорядочную стрельбу из револьверов. Андрей отстреливался. Он почувствовал ещё один за другим два ожога и упал на бок в траву.

Шпионы, как крысы из нор, выглянули было из-за углов сарая, думая, что пограничник убит. Но он держал в руках винтовку и, лежа заряжая её, продолжал стрельбу.

Упираясь локтями, Андрей подался немного вперед.

«Все равно не пройдете, сбегутся товарищи», – мелькнуло в его сознании. Он заложил в магазинную коробку уже третью обойму и ещё крепче прижал приклад к плечу.

Но вот в глазах Андрея помутилось. Сплошные круги завертелись перед ним. Пограничник упал тяжело раненый. Но шпионам нельзя было думать о продвижении дальше на советскую территорию. На выстрелы должны прибежать пограничники, и тогда шпионам-террористам грозила бы опасность попасть в ГПУ. План шпионов был сорван.

Они подняли раненого вожака и, трусливо озираясь, отступили…

* * *

…Когда в глухом лесу, на линии границы, произошла беспорядочная частая стрельба, никто из пограничников, находившихся на своих постах, не подозревал того, что шпионы открыли такой интенсивный огонь против одного пограничника. По опыту своей работы на границе люди знали подобные случаи: бывало укрывшись от зоркого взгляда советского часового, нарушители устраивали провокационную пальбу из револьверов. Делалось это с целью отвлечь внимание пограничной охраны, снять с мест посты, вызвать пограничников на провокационные выстрелы. А шпионы, пользуясь возможным замешательством на одном участке, стремились проскочить там, где охрана границы казалась ослабленной.

Комендант заставы предусмотрительно расставил своих людей и ждал нарушителей. Вокруг высился темный бор – место, менее рискованное для нарушителей.

– Не исключена возможность, что шпионы пойдут вот здесь, – предупреждал комендант бойцов, находившихся в его распоряжении. Комендант в своих расчетах ошибался очень редко. Он не ошибся бы и сегодня, если бы шпионы сумели обмануть чутье и зрение пограничника Коробицына.