— Правда?
— Правда, — сказал он, всё ещё мечтательно улыбаясь. — Прямо у берега схватил в камнях... на Русском острове. Спасибо, рыболовы отбили.
— Страшно было?
— Наверно страшно: закричал ведь... Потом я этих тварей-осьминогов видеть не мог. Привезут, бывало, на базар студенистое, прозрачное мясо, ноги переплетутся в узлы, все в присосках... потом их порежут на такие симпатичные куски... Вообще массу всякой дряни вывозили.
— Что же вы там делали?
— Во Владивостоке-то? Жил. Учился. Потом на каникулы приезжал к своим. Славный такой домик на Эгершельде. Козы у нас водились. Мамаша меня всё упитывала. Недавно писала: не узнать теперь Владивостока: раньше он грязноватый был, экзотика так и выпирала на каждом шагу, а теперь город что надо.
— Странно всё-таки, — сказала Анна задумчиво. — Как мы собрались: вы — с Дальнего Востока, Уваров — с Урала, Валентина Ивановна... москвичка, мы с Андреем иркутяне. Даже Клавдия — и та из Владимира.
— Знаю. Я там тоже бывал.
— А там-то зачем?
— Просто посмотреть. Я, когда получаю отпуск, всё езжу и пешком хожу много. Хочу сам увидеть, каким царством владею. Был в Средней Азии, бывал и на Кольском полуострове (вот где райское житьё для геолога!). Да... Что это вы начали говорить, что вам странно? Я перебил вас.