– Смотри, – сказал Федька, отличавшийся более острым зрением. – Молодец все-таки. Крак!.. Видишь?
– Что?
– Рысь... Вон... Прямо висит над следами, караулит.
– Да. Если он ходит здесь, ему грозит немалая опасность.
Рысь, увидев ребят, мгновенно скрылась. Крак сорвался, полетел и орал ей вслед со злобным торжеством.
Было уже за полдень, когда Федька, шедший впереди, остановился. Крак опять носился с неистовым карканьем. То улетал, то вновь возвращался, но, видимо, не боялся, а просто был чем-то взволнован.
Ребята снова сгрудились, но едва сделали несколько десятков шагов, стали, как вкопанные.
Странные человеческие следы привели их на полянку и там кончилась. Зато там под гигантской мохнатой лиственницей, виднелась ветхая охотничья избушка – «станок» по-уральски. Следы шли к ней. Но за ночь их на поляне почти замело снегом. Очевидно, со вчерашнего утра человек со странной походкой в свою избушку не возвращался.
Крак помнил человеческое строение по скитской стайке и не боялся жилья, но из осторожности поместился на самой макушке старой лиственницы и оттуда с видом следопыта наклонял голову то налево, то направо, внимательно разглядывая, что это за штука.
Ребята по следам подошли к жилью.