Шлюпка с капитаном скоро исчезла во тьме. Профессор со своей командой остался один в разъяренном Байкале, окруженный мелкими льдинами. Невдалеке виднелось судно, которое они старались не терять из виду.
– Это похуже, чем с «Мысовой», – кричал Тошка, заглушая шум волн и рев ветра.
Шлюпка была предоставлена собственным силам. Желание спасти ребят разбудило энергию профессора. Вузовцы с удивлением услышали прежний бодрый голос профессора. Это был тот Булыгин, каким они знали его до прибытия на Ушканьи Созерцателя скал.
– Так-то лучше! – пробурчал Тошка.
Профессор не ответил, с силой поворачивая руль, что бы держать лодку против волн.
V. На плавучем острове
Ночью ветер усилился до степени урагана. Стало нестерпимо холодно. Шлюпка находилась почти рядом с «Бурят-Монголом».
Брызги волн, падая в судно, замерзали, и скоро «Бурят-Монгол» представлял из себя огромную ледяную глыбу. От тяжести он осел. Зато ураган собрал вокруг него такую массу мелкого льда, так называемого «колобовника», или «мятика», что судно сидело не в воде, а скорее в какой-то ледяной каше, и только благодаря этому, вероятно, не погружалось. По всей вероятности, парус, подведенный в разрез, был глубоко вдавлен ледяным рыхлым слоем и не пропускал более воды внутрь.
Ветер все усиливался, крепчал и мороз, так что путешественники не могли оставаться в шлюпке и, пользуясь близостью судна, перебрались на него под прикрытие от ледяного ветра.
«Бурят-Монгол», видимо, держался прочно, и это их успокоило.