Так закончилась «охота», продолжавшаяся почти четверо суток.
Успех, помимо самой организации дозорной службы, был в значительной степени обязан энергии, настойчивости и умению, проявленным всеми, начиная от личного состава дозорных судов и сигнальных станций и кончая экипажами рыбачьих траулеров[104].
Подводная деятельность немцев проявилась и в других районах. В день уничтожения U-12 дуврские миноносцы и траулеры обнаружили еще одну лодку и опять у буя Varne. После трехчасового преследования миноносец Ghurka выпустил противолодочную мину и взорвал патроны, как тогда ошибочно считали, с благоприятным результатом.
Вечером следующего дня вторая лодка, замеченная во время преследования U-12, пыталась атаковать у Montrose Indomitable. Крейсер шел из Скапа в Росайт и с последними лучами заходящего солнца заметил лодку, выходившую на позицию для атаки. Быстро положив руль, он пошел прямо на нее и заставил погрузиться, после чего лодку нигде не видали.
Этот случай, равно как и другие, не оставлял сомнений в очевидности организованного подводного нападения не только на нашу торговлю, но и на Гранд-Флит. Начиная с 15 марта, гидрофоны не переставая показывали присутствие подлодок в районе Ферт-оф-Форт. Выход кораблей из Росайта был прекращен, и хотя сигнальные сети и дозорные миноносцы и не смогли поймать ни одной лодки, все же средства противоподводной обороны оказались в состоянии воспрепятствовать нападению. За четверо первых тревожных суток ни одно из судов не подверглось атаке. Только к 18 марта, когда наступившие штормы не позволили лодкам лежать на грунте, прекратились указания на их присутствие, и порт был снова открыт.
В этот же день последовало и распоряжение об отозвании Faulknor и шести миноносцев, отправленных из Скапа в район Larne. Одновременно имело место новое нападение на Гранд-Флит. Адм. Джеллико с эскадрами линейных кораблей вышел в море для тактических упражнений, оставив крейсер к Ost от Скапа, но, получив многочисленные донесения о замеченных в районе плавания подлодках, решил сократить программу занятий. Утром 18 марта флот находился на WNW от Pentland Firth и шел зигзагами в строе фронта, поэскадренно, имея каждую дивизию в кильватерной колонне. На флангах: с северной стороны шли две дивизии 4-й эскадры, с южной — дивизии 1-й эскадры. Флагманский корабль и 2-я эскадра шли в середине. К полудню, когда флот находился в 50 милях от Ферт-оф-Форт, адм. Стэрди (4-я эскадра) был поднят сигнал повернуть на зюйд и следовать в Кромарти, пройдя под кормой флота. Поворот едва только начался, как в 12 ч. 15 м. Marlborough, флагманский корабль 1-й эскадры, поднял сигнал «вижу впереди подлодку». Торпеда только что прошла под кормой Neptune — второго после Marlborough, — и неприятель, несомненно, готовился выпустить вторую. Головной корабль адм. Стэрди в этот момент начал катиться вправо, ложась на новый курс, и адмирал не мог отвернуть, как это предусматривалось инструкцией.
Dreadnought был крайним с левой стороны, перископ лодки находился у него слева по носу; и командир его кап. 1 р. Олдерсон повернул на лодку; следующий за ним — Temeraire сделал то же самое. Тщетно лодка пыталась увернуться, участь ее была решена. Через десять минут томительного ожидания форштевень знаменитого Dreadnought врезался в лодку. На минуту носовая часть лодки всплыла за кормой Dreadnought и затем исчезла. Этой минуты, однако, хватило, чтобы прочесть ее номер «29». На поверхности остались лишь масляные пятна и мелкие обломки, ни один человек не поспел выскочить наверх. Все люди, включая командира Отто Веддигена, погибли. Гибель трех « Cressy» и Hawke была отомщена.
Мы теперь знаем, что этот эпизод не составлял части организованного нападения на Гранд-Флит. Веддиген после своих операций у островов Силли возвращался на север. Фамилия командира лодки была нами установлена из опросов жертв его деятельности в этом районе. Возможно, что оставшиеся торпеды он хранил для обратного пути. Во всяком случае гибель этого неустрашимого офицера завершила работу противника за истекший месяц, и можно было составить некоторое представление о том, какие результаты новой подводной кампании нас ожидают в будущем. В течение этого периода мы потеряли один всп. крейсер и 20 коммерческих пароходов, но еще 23 парохода благополучно ушли от противника, а 3 немецкие лодки погибли. Несмотря на понесенные Англией жертвы, флот мог гордиться тем, что коммуникационные пути армии, равно как и главные торговые порты, все время оставались открытыми. Лишь в одну Францию за это время было перевезено 600 000 людей и 150 000 лошадей с продовольствием и амуницией. Торговое движение не ослабло, и количество приходов и уходов судов осталось на прежнем уровне.
Тем не менее мы, конечно, не могли ограничиваться одной только обороной. Беззаконность действий противника требовала соответственных мер, хотя бы и ценой расширения прав воюющего.
Устанавливая «военную зону», Германия объявила блокаду британских островов, но недостаточное количество подводных лодок и ограниченный срок пребывания их в море заставляли противника время от времени отзывать блокирующие силы.