- Соловей, - добросовестно повторил ученик и, подняв недоумевающие глаза на учителя, спросил: - Со-ло-вей... Что такое?
- Птица, - сказал старик.
- Птица... - И он продолжал чтение. - "Слово-иже, си, добро-ять-люди, дел... Соловей си-дел... на че... на че-ре... на че-ре-му-хе..."
- Что такое? - опять вопросительно прозвучал, как будто деревянный, безучастный голос ребенка.
- На черемухе. Черемуха, стало быть, дерево. Он и сидел.
- Сидел... Зачем сидел?.. Большая птица?
- Махонькая, поет хорошо.
- Поет хорошо...
Мальчик перестал читать и задумался. В избушке стало совсем тихо. Стучал маятник, за окном плыли туманы... Клок неба вверху приводил на память яркий день где-то в других местах, где весной поют соловьи на черемухах... "Что это за жалкое детство! - думал я невольно под однотонные звуки этого детского голоска. - Без соловьев, без цветущей весны... Только вода да камень, заграждающий взгляду простор божьего мира. Из птиц - чуть ли не одна ворона, по склонам - скучная лиственница да изредка сосна..."
Мальчик прочел еще какую-то фразу все тем же тусклым, непонимающим голосом и вдруг остановился.