В 1236 году, например, во время «крестового похода» на Литву, «этих псов, как говорит Маркс, жестоко отдули…»
Возникала как бы коалиция народов — русских, литовцев, эстов, латышей, направленная против немецкого разбоя и порабощения. Перед лицом этой опасности «крестоносная сволочь» становится на путь об’единения своих сил для порабощения названных народов. При посредничестве папы Тевтонский и Ливонский ордены в 1237 году об’единяются. Раздаются новые призывы к «крестовым походам». Усиливается приток «завоевателей» из Германии, делается попытка, правда, безуспешная, создать «союз народов» против «язычников» (прибалтийских и русских народов).
Закончив к 1240 году свои приготовления, немецкие захватчики возобновили нападение па Псковскую землю. Собрав огромные полчища профессиональных «крестоносных» разбойников на месте, в Прибалтике, пополнив их датскими и германскими дворянами — любителями чужого добра, они саранчой двинулись на завоевание упорных и строптивых славян, чтобы в их землях организовать свои поместья, разграбить мирных поселян, заставить их работать на себя. С помощью предателей и под водительством князя-изменника Ярослава Владимировича «псы-рыцари» неожиданно напали на город Изборск и штурмом взяли его. Попытки обороняться не удались. Немцы, по словам немецкого летописца, «никого не оставили в покое из русских, — кто только прибегал к защите, тот был убиваем, или взят в плен, и по всей земле распространились вопли».
Узнавшие о падении Изборска, псковичи дружно выступили на его защиту. «Противу им (т. е. немцев — С. К) выйде весь град», — как свидетельствует летопись. Сражение под Изборском затянулось. Русские потеряли воеводу, 800 человек убитыми, много ранеными и пленными. Неистовствующие рыцари догоняли отступающих, добивали их, брали в плен. «Вокруг лес гремел стонами и проклятиями», — свидетельствует древний немецкий историк. Но вернуть Изборска не удалось.
«Варвары-болваны» сразу же подошли под Псков и осадили его. Однако, псковичи с таким упорством и ожесточением защищали родной город, что орденские банды не смогли овладеть им. Только вследствие измены псковского посадника Твердилло Иванковича и других бояр город был сдан.
Началось хозяйничанье немцев в Псковской земле. Городами и селами правили рыцари. Твердилло стал «владети Псковом с немци». Захватчики чинили неописуемые грабежи, насилия, истребляли и уводили в плен местное население, забирали хлеб, скот, домашнюю и церковную утварь, вплоть до икон и колоколов.
Слух о начавшемся для немецких поработителей «земном рае» быстро дошел до Германии. Оттуда потянулись новые орды «крестоносных разбойников». Псковская земля лежала в развалинах. Надо было безотлагательно искать новых богатых земель, где можно было бы и дальше творить свои «богоугодные» дела.
На сей раз в жертву была намечена самая богатая из всех северо-западных русских земель — Новгородская земля — тогдашний форпост русской культуры, свободы и независимости на северо-западе. «Крестоносная сволочь ворвалась и в нее. Захватив один из окраинных пунктов — Копорье, немецкие банды превратили его в крепость — исходный пункт своего дальнейшего продвижения в глубинные русские земли. Действительно, вслед за этим, немцы взяли городки Тесово, Лугу, и др., появившись в 30 верстах от самого Новгорода. Начались массовые грабежи и убийства. В несколько недель край был разорен, и летописец с полным основанием отмечал, что стало «не на чем и орати по селам».
Народ поднялся против «псов-рыцарей». Во главе народной войны против грабителей стал Александр Невский. Он глубоко понимал всю серьезность положения своей родины и готов был жертвовать в ее интересах чем угодно.