— Еще бы…
— Вы отстаньте… — говорит она тихо. — И я тоже тихонько отстану…
Я пошел тише, она тоже.
У меня забилось сердце.
На углу, у Чистых прудов, Аня остановилась у ворот дома. Я подошел к ней близко, и она похристосовалась со мной. Я видел ее низко опущенные дрожащие ресницы.
Потом шли вместе и молчали. Какая-то особая красота чувства вошла в меня, и эта весенняя ночь, дома, улицы, сухой тротуар, сад за забором — все преобразилось сразу, особым, живым, неведанным ранее миром…
Мы медленно шли. Впереди смеялись друзья. В переулке не было плошек, и как-то таинственно спала улица.
Впереди быстро прыгал через тумбы юнкер Бельбасов, ловко выкидывая ноги в рейтузах, и останавливался как вкопанный.
Барышни кричали «браво», студенты тоже кричали:
— Молодчина, Бельбасов!