— Я… я… уже согласился сесть рядом с Аней Добрушиной…
Вера, холодно взглянув на меня, повернулась и ушла.
— Кавалеры, приглашайте ваших дам, — кричал Бельбасов.
Я подошел к Добрушиной и сел с нею рядом за стол.
— Встать! — крикнул Бельбасов.
Все встали и запели «Христос Воскресе!».
Что-то было родное, невозвратное в этой весенней ночи, в Татьяне Федоровне, в пасхальном столе, в куличе, в заливном, в этих студенческих лицах, в светлых глазах плечистого доктора, в юных глазах наших барышень…
Ловко разливая большой ложкой вино в стаканы, юнкер Бельбасов крикнул:
— Балбесов требует тост за Татьяну Федоровну, владычицу юности. Ура!
— Ура! — подхватили все.