— Во, сичас завернем тутотка. Он вдовый, Баран, он тебе будет рад. Он тоже на охоте был ловкий. Знатно лосей бил. Таперя состарел.
Семен Баран, высокий старик, встретил меня у крылец. Я залюбовался его седой курчавой головой и веселыми голубыми глазами.
— Ты Коровин, а? — сказал Баран и засмеялся.
— Чего ты смеешься? — удивился я.
— Ты один?
— Один.
— Ишь ты!.. Одному тут и не выйти. Плутал, чай, по лесам.
— Верно, плутал.
— Ну, иди в избу, я самовар тебе вздую.
Изба у Семена была чистая, покойная, на стене — портреты в резных рамах и ружье. Скоро появилась на столе лампа, самовар, грибы, оладьи, чай со сливками… — словом, то, чего нигде нет на свете, а только в России: ни оладьев таких, ни сливок, ни Семена — нигде нет!