— Позвольте вам сказать, — отвечал, горячась, архитектор Вася. — Что вы мне про Канта говорите? Моя свекровь была его племянницей или вроде. Так он ей сам говорил, да-с. А вы спорите. С кем вы говорите, с архитектором говорите. Я по первому абцугу[275]абцуг — в азартной карточной игре каждая метка, пара карт направо и налево. определяю почву. Какой грунт: ползун или глина. А вот вы объясните мне, пожалуйста, вот что — копаем для фундамента землю, а наутро пруд оказался. Подпочвенная вода — ключи. Пруд, смотрю, и караси в нем плавают; прямо фунтовые. Вот скажите, господа философы, что это такое? Откуда караси взялись?
— Вероятно, пустил кто-нибудь их туда, — ответили ему.
— Да-с, у вас все от лица. Нет-с, извините. Это вы по-куриному судите, а вот есть вещи и без яиц ваших такие, что философия не поможет[276]…есть вещи и без яиц ваших такие… — имеется в виду философское яйцо — символ бесплодных философских схоластических споров, особенно характерных в эпоху средневековья; в основе вопрос о том, что первично: курица или яйцо.. Да-с.
«Ой, — думаю я, — что-то Вася заврался. Что ж это?» Тороплюсь налить вина.
— Вот луна, — продолжал он. — Думают, просто так месяц этакий светит ясный. Нет-с. Она такие штуки разделывает через женский пол с нами, что податься некуда.
— Банки ставит, это верно, — сказал фельдшер.
— А вы правы отчасти, в луне есть влияние на сферу мистических подсознаний, — согласился один профессор.
— Ты помнишь, — обратился черный профессор к светлому. — Лиза же при полнолунии мои рукописи выбрасывала из окна в Берлине с шеколадом.
— Как с шеколадом? — спросил Вася. — Зачем?
— Так, накладет на рукопись шеколад и выбрасывает.