Герасим идет ко мне и говорит:
— Пойдем.
— Пойдем. А кто это воет? — спрашиваю я.
— Чего воет: пугает! — отвечает Герасим.
Сзади нас, в лесу, кто-то будто пробежал — та-та-та-та-та…
Я снова спрашиваю на ходу:
— А ты разве веришь, что пугает?
— Верь, не верь, а вот это… это, брат, Бука.
— Какой бука?
— Бука какой? А такой… Жил здесь допрежь, давно, Бука, сын князя киевского Володимера… И жил он здесь в полоне у хана Итларя Половецкого. И жил он один в лесу, в своем терему, и ни с кем, нелюдимец, не знался. Его и прозвали Букой. А ведался он с ведьмами и колдунами, что в Сохотском болоте жили, где мы были с тобой за куропатками. Еще, помнишь, заблудились дюже… Ох, сказать тебе по правде, — напугался я тады, только не говорил тебе… Боярин и люди княжевы пришли ночью к хану Итларю, разобрали крышу и убили его стрелой, стало быть, сонного… Вот где станция теперь стоит, и убили… И сильно жалел князь Бука, что ни за что убили хана, супротя его воли. И перестал князь кланяться Велесу[366]Велес — бог у древних славян, владыка лесов и животных., тому Велесу, что у озера Неро стоял, на Крестовой горе. Называлось то место — Чертово городище. Князь уехал к брату своему Мстиславу в Ростов и крестился, взял себе имя Святослав… До чего, говорят, ведьмы выли на болоте, когда он крест Христов на горе, на погосте, ставил!.. Вот и теперь кой-когда попугивают ведьмы… как было нас с тобой… А я так однова и видал их. Постой, — перебил вдруг самого себя Герасим. — Да ведь мы не туда идем…