— Дворовой есть, амшайник[486]амшайник — то же, что омшайник, см. выше, прим. к с. 300. тоже балует… — и Дворченков засмеялся.
— Домовой тоже попугивает, — заметил Груздев, — постукивает здорово.
— А на кой же им леший пугать, и кто видел их? — сказал Кузнецов, пробуя ветчину и посматривая на меня.
— Я лешего видывал, — равнодушно сказал сторож Петр.
— Видел! Да где же ты его видел?
— Шел я тут вот надысь, прямо вот тут, у огорода, смотрю, а он из-за сарая согнулся так, глядит на меня, ощетинился весь, вот как шишка елова, рожа красная, здоровый, вот роста как вы, Василий Сергеевич, зубы осклабя, ржет тихонько. Я гляжу, чего это, думаю, а он, глядь, скрозь стену в косяк сарая и ушел.
Василий Сергеевич недоумевал:
— Как — ушел скрозь? Кто ж такой?
— Кто ж, домовой, кому боле. Идет скрозь стену, ему везде ход.
— Место здесь глухое, неча говорить, всякое есть. Колдова разная тоже, — подтвердили и мои приятели-охотники.