Вот и барин в шляпе ходит,
У кобылы чего просит.
Песня была непристойная до невозможности. Шаляпин встал, подошел к стойке и спросил у хозяина карандаш и бумагу. Вернувшись к столу, сказал:
-- Надо, брат, это записать, больно здорово.
Вытащив кошели, бурлаки бросали деньги в шапку -- собирал один. Сосчитав деньги, он пошел к стойке платить хозяину и дал несколько медяков гармонисту.
Бурлаки все разом поднялись и вышли. Было видно из окна, как они бегом бежали по дороге и завернули за бугор к Волге.
Гармонист подошел к нам и протянул картуз:
-- Ну-ка, дай ему двугривенный,-- сказал Шаляпин.
Я дал гармонисту полтинник и спросил:
-- Отчего песни всё похабные такие поете?