-- А ты не пей, Федя, самогону,-- сказал я,-- ослепнуть можно.
-- Почему же он пьет и не слепнет?
Ильин вернулся. В руках он держал большую миску с зернистой икрой, а из-за пазухи вынул бутылку с самогоном. Шаляпин выпил и сказал:
-- Это настоящий самогон. Не денатурат.
И жадно стал есть ложкой зернистую икру из миски.
* * *
Шаляпин ночевал у меня. Постель его была почти рядом с моей. Нас разделял ночной столик, на котором стояла лампа. Было темно. Я проснулся ночью от крика:
-- Они! Они! А-ах! Они!
И почувствовал, что по ногам моим кто-то бьет кулаками. В темноте я ничего не мог разобрать и стал шарить под подушкой револьвер. Он все не попадался под руку. Тогда, защищаясь, я стал отмахиваться кулаками и наконец по ком-то попал.
-- А-ах!-- крикнул около меня Шаляпин.