— А ну, — говорю, — дай я попробую.
— Чего, — говорит, — пробовать? Промажешь.
А всё-таки дал. Выпалил я два раза.
— Ну что, — шепчет Серёжка, — успокоился?
— Нет, — говорю, — ещё лёжа буду стрелять.
Растянулся на траве. Бббах — прямо у самого чирка дробью ударило. А он всё полощется на одном месте.
На дорогу пастух колхозный вышел. Посмотрел он на нас, почесал затылок и спрашивает:
— Что, никак не поддаётся?
— Никак, — говорим, — дяденька.
— И не собьёте. Он крепкий, берёзовый.