— Не пойду! — твердил Уленшпигель. — А если я заплачу тебе флорин?
— Нет.
— Дукат?
— Нет.
— Червонец?
— Нет, — повторил он. — Хотя, — прибавил он, — на такие вещи я смотрю много охотнее, чем на ракушки в кошеле матери.
Дама засмеялась и вдруг закричала:
— Я потеряла мою дорогую, парчёвую сумку, вышитую жемчугом! Ещё в Дамме она висела у меня на поясе.
Уленшпигель не шевельнулся, управляющий же всполошился:
— Сударыня, не посылайте этого проходимца, а то вы никогда не увидите своей сумки.