— Некогда было — дела: у одной девчонки багаж украли, вот все и бегал, искал, нашел–таки. До Хитровки багажок чуть не доехал, — пустил утку Балалайка,
— Поедем домой, Егорка — попросил Мигай.
— У меня нет дому, в Польше дом. Я, ведь, у нас в Чувляндии беженцем был, бездомным…
— Ко мне.
— Поедем, — согласился Балалайка.
— Скоро?.. К сенокосу бы.
— Скоро… к сенокосу… Без глаз немного накосишь.
— Сегодня, сейчас, поедем — упрашивал Мигай.
— Поезда все в Чувляндию ушли, завтра дожидайся, — солгал Егорка.
Повел Мигай глазами, но часов не нашел. Балалайка думал: «Меня калачом из Москвы не выманишь в Чувляндию… редьку есть, а один ты не уедешь, пожалуй, совсем не попадешь домой. Все равно ослеп — не видит: провезу на трамвае и скажу — приехали в Чувляндию… На любую утку пойдет».