С батареи донесли, что снаряд разорвался в расположении тракторов. Одна машина выведена из строя.
Трое бойцов взвода управления стояли навытяжку у стен блиндажа и с укором смотрели на командира, недоумевая, почему он до сих пор еще не открывает огня.
Капитан встал, прошелся по блиндажу, продолжая слушать донесения разведчиков. Почти все было ясно. Не хватало только одного показания. Капитан ждал. Он был спокоен. Он встал. Прошелся по блиндажу Наклонился над кувшином с земляникой, взял горсть ягод и стал машинально есть.
Раздался третий залп.
С батареи сообщили, что у одного орудия перебито колесо. Орудие осело набок, но огонь еще можно вести. И почти тотчас с переднего поста сообщили о всех недостающих данных.
Капитан на мгновение задумался. Все. Ясно. Шагнув к телефону, он поднял руку.
Но. телефонист, безуспешно стуча рычагом, повернул к капитану искаженное лицо.
— Связь! — приказал капитан, обернувшись.
Боец, наклоняя голову, выскочил наружу. Но едва он поднялся из хода сообщения, ударила пулеметная очередь, и боец свалился обратно в траншею. Прижимая обе руки к животу, виновато улыбаясь, он попытался подняться и снова упал.
— Связь! — повторил снова капитан.