— Дивный, — нежно позвал Тимофей.
Конь сделал несколько шагов и стал опускаться на колени; он пробовал поднять свою голову с вдумчивыми глазами, но она падала. Глаза его меркли.
Тимофей кинулся на землю, начал дуть жеребцу в ноздри, но тело лошади замирало.
Комиссар вокзала, сняв фуражку, стоял над мертвой лошадью и над бьющимся на земле человеком…
Старик кончил свой рассказ, закурил и поглядел на расписание:
— Через пятнадцать минут будем проезжать, где Дивного убили. — Глядя в черное окно, украшенное сияющими огнями, добавил: — Теперь я, значит, по тем местам, где Слободкин с конем проходил, ищу следов Дивного.
— Ну, и нашли?
— А как же! — оживился старик. — Вот здесь недалеко колхоз «Очаг Буденного», там я сынка его нашел. Прямо живой папаша. Чего-чего только люди не пережили, а вот сберегли, выходили!
Взглянув на часы, он заторопился и стал укладываться. Когда он запахивал брезентовое пальто, на его гимнастерке блеснул орден Красного Знамени.
Поймав восторженный взгляд белобрысого парня, старик проговорил, торопливо застегиваясь: